Расклады

Такое впечатление, что глава ЕЦБ пытается ухудшить экономическую ситуацию в Европе
Такое впечатление, что глава ЕЦБ пытается ухудшить экономическую ситуацию в Европе
Daniel Roland/AFP/GettyImages

Динозавр монетаризма в посудной лавке Европы

Алексей Михайлов о ЕЦБ как тормозе оживления европейской экономики

Алексей Михайлов

Политика ЕЦБ вносит весомый вклад в продолжающееся ухудшение экономической ситуации в еврозоне. Но менять ее банк не собирается.

Заседание Европейского центробанка (ЕЦБ) 7 февраля закончилось ожидаемо без каких-либо решений. Все оставлено по-прежнему — и ставка ЕЦБ, и его политика.

Евроспад

Вот самая свежая европейская статистика (последние данные заканчиваются третьим кварталом или ноябрем 2012 года):
— четвертый квартал подряд (уже год!) ВВП падал или не рос, в четвертом квартале 2012-го и первом квартале 2013 года также ожидается падение. Годовое падение ВВП в третьем квартале 2012 года достигло 0,8%;
— падает промпроизводство (за год 3,7%);
— падают инвестиции на 4,6%, строительство — на 4,7%;
— растет безработица, пять кварталов подряд падает занятость, молодежная (15–24 года) безработица растет и достигла 24%;
— розничная торговля падает, с декабря 2011-го по декабрь 2012-го — 3,4%;
— суверенные долги растут из года в год, достигнув в январе 2012 года 89% ВВП;
— при всем при этом стоимость рабочей силы растет уже быстрее инфляции (2,4% против 2,2%);
— сама инфляция падает: еще летом 2012-го она была 2,6% за год, в январе 2013-го — уже 2%.

Ни один индикатор не показывает вверх. Надежды просто не видно. Еще полгода назад все считали, что, да, Европа вошла в рецессию, но она вот-вот закончится, и с осени или с конца 2012 года начнется оживление. Никаких признаков. Более того, есть совершенно очевидные признаки того, что рецессия затянется еще минимум на полгода.

На меня самое угнетающее впечатление производит именно падающая динамика инфляции. При оживлении экономики инфляция должна расти. Ее падение означает, скорее всего, углубление стагнации.

Что может противопоставить Европа экономическому спаду? Европравительства не могут наращивать бюджетные дефициты для стимулирования экономики. Они связаны «круговой порукой», правилом 3% к ВВП. И ни одна европейская страна не может себе позволить роскошь большого дефицита бюджета в 8–10% ВВП, как США или Япония. Бюджетные стимулы экономики отменяются. Единственное, что могло бы — возможно! — стимулировать европейскую экономику, — это денежная политика.

Еврооптимизм

Смена руководства ЕЦБ в конце 2011 года внушала надежды. И действительно, первое, что сделал Марио Драги, — разрубил гордиев узел евродолгов, осуществив самую массированную эмиссию евро в истории ЕЦБ. Свыше триллиона евро были выданы евробанкам в декабре 2011-го и феврале 2012-го в рамках долгосрочной (трехлетней) программы кредитования.

Затем, летом 2012 года, он предпринял еще одно крайне решительное действие, которое, кажется, окончательно поставило крест на европессимистах. ЕЦБ объявил новую программу скупки суверенных евробондов на свой баланс. Насколько я знаю, пока ни одного евроцента по этой программе не потрачено, но моральное воздействие на рынок это решение оказало сильное: началось настоящее ралли в покупке суверенных евробондов периферийных стран Европы. С тех пор Драги приобрел репутацию мастера «словесных интервенций» — это когда не деньгами, а словами добиваются от финансовых рынков нужной реакции.

Но, наверное, существует какая-то магия кресла председателя ЕЦБ. Предыдущий руководитель, француз Жан-Клод Трише, когда занял этот пост в 2003 году, заявил, что будет устанавливать учетную ставку ЕЦБ так, чтобы она стимулировала экономический рост, а не сдерживала инфляцию, как раньше. Своей целью он назвал оживление евроэкономики. Однако закончил он приоритетной борьбой с инфляцией и кличкой «мистер евро» (которой гордился) — за стремление постоянно укреплять курс евро. При этом став фактически одним из виновников евродепрессии, никак не помогая правительствам Европы из нее выбираться. За что второго срока на этом посту он не получил, отдав его итальянцу Драги.

И вот Драги, который начал с такого удачного дебюта, вдруг предстает перед нами совсем другим человеком. Каким-то реликтом прошлого, динозавром монетаризма, профессором, отвлеченным от всякой политики.

Европессимизм

Что делает Драги в условиях все ухудшающегося экономического положения Европы? Такое впечатление, что он делает все от него зависящее, чтобы еще больше ухудшить ситуацию. Абсолютно невозмутимо он рассказывает журналистам, что евроэкономика слаба, и что он ожидает ее слабости в начале 2013 года, а потом, позже в 2013 году, она начнет постепенно оживать... (Разве не точно того же ждали от 2012 года? Ситуация полностью повторяется.) ...начнет постепенно оживать, поддерживаемая удобной денежной политикой и ростом доверия на финансовых рынках, а также ростом глобального спроса.

Чисто монетаристская концепция — минимизировать инфляцию, и все само собой наладится. Очень мне это что-то напоминает... Ага. Это же девиз всей макроэкономической политики России последние 20 лет. У нас вот уже 20 лет налаживается — никак не наладится.

Журналисты спрашивают Драги, а как же курс евро? Ведь рост курса тормозит оживление евроэкономики. На что Драги поднимает свой профессорский пальчик и укоризненно выговаривает:

— мы должны всегда помнить, что ЕЦБ независим в своей политике;
— курс евро — не цель нашей политики, хотя он и важен для экономического роста и ценовой стабильности;
— рост курса евро прежде всего означает рост доверия к европейской валюте;
— обменные курсы должны соответствовать фундаментальному состоянию экономики.

Ну это же просто несерьезно. Рост доверия к валюте, экономика которой падает, — просто бред какой-то... Ясно, что это неуклюжие стандартные отговорки, когда сказать нечего.

Даже удивительно, что Драги не нашел каких-то более серьезных аргументов (например, связав это с преодолением европейского долгового кризиса). Все-таки он явно слабее своего коллеги из США Бена Бернанке. Тот никогда бы не позволил себе выглядеть так нелепо. Но вот вопрос — что Драги прячет под этими отговорками?

Евродурость

Драги отклонил предположения о том, что центробанки мира нацелились на валютную войну с целью стимулировать свои экономики низкими обменными курсами. Курсы определяются внутренними условиями стран, и стоимость евро отражает экономические фундаменталии Европы, сказал он.
Посмотрим, так ли это. Что делают основные торговые партнеры Европы (и по совместительству — контрагенты по валютным парам), пока Марио Драги произносит свои слова?

Доллар. США беспрецедентно стимулируют свою экономику бюджетными и денежными стимулами одновременно. С осени 2012 года действует QE-3 без ограничения сроков, а президент с конгрессом как-то хитро, сбоку, обошли свою «фискальную скалу», которой так дружно и вслух боялись весь 2012 год.
Иена. Премьер-министр Японии Синдзо Абэ заявил о том, что ключевой пункт его программы по оживлению экономики — это побудить Банк Японии принять меры к окончанию дефляции и скольжению (то есть падению) иены для стимулирования экспорта. То есть печатать и печатать иены!
Фунт. Банк Англии даже опережает своего американского коллегу в денежных интервенциях на рынке.
Юань. Китай занимается занижением курса юаня последние 20 лет, и последние 10 лет США ведут активную дипломатическую борьбу против этого.

Для всякого человека, глядящего на это, очевидно, что война центробанков за ослабление своих валют во имя поддержки своих экономик — в самом разгаре. Все просто бегут наперегонки. И кем должен быть человек, который в такой агрессивной среде может продолжать бубнить что-то про «экономические фундаменталии»? И при этом двигаться в прямо противоположном направлении.

Наивным профессором Марио Драги назвать уж точно нельзя. На таком посту может оказаться только абсолютно циничный экономист (пусть и со своими «тараканами в голове» — а кто без них?) и прожженный политик. Что же тогда?

Зададимся простым вопросом — кому выгодна такая позиция ЕЦБ? Конечно, она выгодна прежде всего США, которые девальвируют свой доллар. Как и другим торговым контрагентам Европы.

Но не будем считать Драги «засланным казачком» или агентом всемирного правительства. Вокруг — не дураки. Не может Драги откровенно играть против всей Европы. Поэтому уточним вопрос — кому в Европе выгодна такая позиция? Только одной стране. Германии.

Потому что у нее самое развитое промышленное производство, и она имеет преимущество перед любым экспортером в страны Европы как минимум на величину НДС на импорт. Именно Германия была всегда против снижения учетной ставки ЕЦБ, эмиссии евро, его девальвации и т. д. Драги сегодня встал на явно прогерманские позиции, поиграв в дебюте в антигерманской партии (или в будто бы антигерманской, ведь острая фаза европейского долгового кризиса Германии тоже была не нужна, Германии надо было сохранить покупательную способность европейских экономик — иначе кому же продавать свои товары?).

Это, конечно, логично: Германия — самая мощная страна Европы, это 30% ВВП и 50% промышленности еврозоны. Но все же не все, что выгодно Германии — выгодно Европе.

Президент Франции Франсуа Олланд уже заявил недавно о слишком сильном курсе евро для европейских производителей. После чего появились расчеты Совета промышленников Франции о «приемлемом» уровне курса евро для разных стран еврозоны:
— для Германии курс оказался равен 1,53 (это — максимум),
— для Франции — 1,23,
— для Италии — 1,19 и т. д.

В этом году, напомню, курс евро колеблется в диапазоне 1,33–1,36. Для подавляющего большинства стран еврозоны этот курс «неприемлем».

Рост евро до определенного предела улучшает германские внешнеторговые позиции за счет ослабления остальных стран Европы. Но только до тех пор, пока он не начинает давать очевидные преимущества неевропейским экспортерам перед германскими. Как бы тут не заиграться...

Надо сказать, что уже заигрались. Европа сегодня не в состоянии выйти из стагнации. И никакое «увеличение доверия на финансовых рынках» не заменит конкретных финансовых потерь экспортеров и внутренних производителей от роста курса евро. И я уверен, что

Европа не сможет выйти из стагнации, пока курс евро будет расти. А Марио Драги помогать «большой Европе» совершенно не собирается.

Наоборот, он постоянно понижал и снизил до нуля депозитную ставку ЕЦБ (то есть ЕЦБ теперь не платит за хранение денег банками на его счетах). Он принял решение о возможности досрочного возврата выданных 3-летних кредитов. И излишняя ликвидность на счетах евробанков с января 2013 года начала быстро сокращаться (банки возвращают ЕЦБ кредиты).

Результатом этой политики будет, наверняка, дальнейший рост курса евро. Потому что евро становится меньше, а долларов, иен, фунтов и т. д. — больше. Другим результатом такой политики может стать новый виток кризиса суверенных еврооблигаций, который Драги героически погасит краткосрочными кредитами...

Евромудрость

Вроде бы нужна такая главка для баланса — но увы, я не знаю, что в ней написать... По делу у Европы есть один-единственный способ всерьез стимулировать экономику — это денежная политика. Ее суммированным отражением является политика валютного курса. Для преодоления стагнации нужно было бы возвращение евро куда-нибудь в комфортную зону в районе 1,2–1,25 к доллару. А для действительно сильного стимулирования экономики — к 1–1,1. Для этого надо было бы продолжать накачивать евробанки ликвидностью, снижать учетную ставку и т. д., а вовсе не сокращать размер ликвидности в евробанках. Но, судя по заявлениям и действиям Марио Драги, в ближайшее время такое движение евро не грозит, скорее ервопейская валюта продолжит свое укрепление. И это — сознательный выбор ЕЦБ, а вовсе не какое-то отражение «фундаментальных экономических реалий».

В среднесрочной перспективе (несколько лет) постепенное движение еврозоны ко все большей экономической интеграции снимет столь ярко выпячивающиеся сегодня экономические противоречия между входящими в еврозону странами. И, вероятно, политика ЕЦБ будет в большей степени отвечать интересам Европы-17 (по числу всех стран, пользующихся евро), чем интересам Европы-1 (Германии). А пока на разногласиях внутри еврозоны более или менее успешно стимулируют свои экономики торговые партнеры — за счет Европы.