mio-photo.livejournal.com

Искусство запрета

Культуру в России пытаются загнать в резервации

Газета.Ru

«Провокационное» искусство провоцирует не столько широкую общественность, сколько чиновников. Но границы и критерии вмешательства последних никак не определены. В результате цензура и санкции против деятелей культуры становятся произвольными даже в тех случаях, когда у начальства вроде бы есть основания «принимать меры».

Увольнение Марата Гельмана с поста директора Пермского музея современного искусства PERMM, конечно, является актом политического вмешательства в культурный процесс. Такое вмешательство в принципе понятно: государство имеет право «рулить» культурными проектами, которые осуществляются на бюджетные деньги, а также назначать и снимать с работы руководителей госмузеев.

В начале июня была со скандалом закрыта выставка работ красноярского художника Василия Слонова «Welcome! Sochi 2014» на ставшем визитной карточкой Пермского края фестивале искусств «Белые ночи Перми». Слонов иронизирует над Олимпиадой-2014. Сам фестиваль проводится на бюджетные деньги. Накануне известия об увольнении Гельмана губернатор Пермского края Виктор Басаргин провел экстренное совещание, на котором распорядился проверить эффективность расходования средств на весь фестиваль «Белые ночи». То есть закрытия и увольнения попытаются облечь в форму борьбы с неправильным использованием казенных денег. Как говорится, бизнес — ничего личного.

Между тем тот же Слонов делал не менее «провокационные» (если считать это провокацией) работы — в частности, помещал изображения мировых лидеров, включая Путина, на мухобойки. Эти работы выставлялись и не подвергались гонениям. А «олимпийская» выставка Слонова спокойно прошла в Новосибирске, в Сибирском центре современного искусства. Более того, ее после закрытия в Перми разрешили выставить на другой площадке — вне фестиваля и как бы вне государства. Мол, государство в лице руководства Пермского края к высмеиванию Олимпиады в Сочи никоим образом не причастно.

В результате возникает естественный вопрос — каковы границы «допустимого» для культурных проектов? Где баланс между постоянно декларируемым властями всех уровней желанием поддерживать и развивать культуру и еще более сильным желанием не ударить лицом в грязь перед вышестоящим начальством — «как бы чего не вышло»?

В России такая граница, впрочем, весьма условная, проходит по степени значимости мероприятия в общественной жизни. «Белые ночи Перми» приобрели невероятный масштаб. В Пермь стали приезжать крупные фигуры мирового искусства, фестиваль собирает большое количество местной публики. Топоним Perm стал реально фигурировать в мировом культурном пространстве. Вот краевые власти и решили, что населению не надо смотреть на «еретические» работы Слонова на главном краевом фестивале.

Формально в России нет цензуры в сфере культуры — по крайней мере, она куда менее очевидна, чем, например, в государственных СМИ.

Никто не говорит, что нельзя ставить документальные спектакли, использовать политическую сатиру, рисовать карикатуры на Путина или Олимпиаду в Сочи. Но, во-первых, такого рода культуру власти настойчиво пытаются загнать в некие резервации специально отведенных пространств.

Во-вторых, в свете новой политической моды публично демонстрировать активную лояльность чиновники всех уровней охотно готовы запрещать такие произведения искусства для демонстрации своей лояльности.

При этом, разумеется, начальство пытается апеллировать к мнению народа, который якобы оскорбляет глумление над святынями (Олимпиада в Сочи в некотором смысле стала в России политической святыней). Обычно эту логику власти поддерживают лишь малочисленная «православная общественность» (активно посещающая некоторые современные выставки) да казаки с нагайками, готовые в любой момент совершить набег на центр Сахарова в Москве или музей Набокова в Петербурге. При этом в той же Перми фестиваль «Белые ночи», напротив, очень популярен. Протесты «общественности» против Гельмана в Перми касались того, что он тратил деньги «на гастролеров» и не поддерживал местных художников.

В итоге в любой момент в любой точке России именем государства могут разгромить или запретить любое произведение искусства и любую выставку или уволить любого деятеля культуры. Это даже не цензура — это смесь чиновничьей перестраховки с желанием сделать культурный процесс абсолютно вегетарианским, чтобы он не вызывал у населения никаких политических ассоциаций с реальностью. Запреты на искусство в России — традиционный вид искусства, которое никак не дается нынешним властям.