Полемика

Пока помощь Крыму со стороны обычных россиян выразилась лишь в росте числа отдыхающих
Пока помощь Крыму со стороны обычных россиян выразилась лишь в росте числа отдыхающих
Лев Федосеев/ТАСС

Люди с Большой земли

Иван Розинский о том, можно ли превратить обустройство Крыма в общее дело

По данным ВЦИОМа, почти треть россиян на вопрос, как следует реагировать на энергоблокаду Крыма, отвечают, что надо наказать Украину: ввести санкции и т.д. При этом относительное большинство (37%) полагает, что лучшей реакцией является не наказание Украины, а организация альтернативной системы энергообеспечения полуострова. Такое соотношение вселяет некоторый оптимизм: в нем хочется видеть смену логики противостояния на логику обустройства.

Прекращение железнодорожного сообщения через Украину, введенные в 2015 году новые порции американских и европейских санкций, связанных с Крымом, и, наконец, блокада грузовых перевозок и поставок электричества показывают, что давление на Россию продолжится, преследуя цель максимально осложнить жизнь крымчанам и увеличить для нашей страны экономические издержки интеграции полуострова. Расчет, очевидно, сделан на то, чтобы мы сказали «хватит кормить Крым», а уставшие от проблем крымчане захотели обратно в Незалежную.

Крым предстоит отстаивать — слава богу, не в военном, но наверняка в экономическом, социальном, культурном отношении.

Отстаивать Крым — значит благоустраивать его. Это означает не только то, что в Крыму должна быть обеспечена комфортная жизнь для живущих там наших сограждан, но и что многочисленные дворцы, памятники, заповедники, музеи полуострова должны быть восстановлены, отремонтированы, украшены.

«Так никто же ничего не вкладывал при Украине», — часто слышишь в Крыму стандартный ответ на вопрос о причинах плохого состояния того или иного туристического объекта. Надо, чтобы пребывание в составе России стало столь же привычным объяснением зримого улучшения, тогда его у нас никто и никогда не отнимет. Территории присоединяются референдумами и трактатами, но окончательно удерживаются в результате обустройства, культурной работы.

С нами за Крым борется не только украинское государство, но и их гражданское общество. Именно гражданские активисты отслеживают заходящие в крымские порты иностранные суда, устраивают акции в момент приезда делегации УЕФА с требованием запретить российский футбол в Крыму, троллят в интернете побывавших в Крыму на отдыхе либо с концертами знаменитостей и т.д.

Да, на Украине была и есть проплаченная «активность». Да, ту же блокаду грузовых перевозок, не говоря уже об энергоблокаде, прямо нарушавших украинские законы и при этом очевидным образом поддерживаемых силовыми структурами, трудно назвать негосударственными акциями. Но

не видеть добровольного участия украинского гражданского общества в противостоянии нам, в частности по Крыму, нельзя.

Неважно, почему они это делают: из-за чувства обиды за потерю территории или еще из-за чего-то. Важно, что они это делают: украинское гражданское общество работает против нас. А наше молчит, словно считая, что все за него сделает государство.

Государство делает. Строится мост, прокладывается энергокабель, для крымчан выделяются места в вузах, вводятся дотации на авиаперелеты, российские регионы оказывают помощь «подшефным» районам полуострова. Но государство, по определению являясь формальным институтом, может все это делать только «по-государственному», то есть руководствуясь многочисленными регламентами, правилами и порядками.

Поэтому так много времени занимает процедура выделения бюджетных денег, так трудно проходят учитывающие крымскую специфику изменения в законы и подзаконные акты (их нужно согласовывать со всеми заинтересованными ведомствами), так ограничена возможность одного чиновника даже по самому очевидному вопросу вмешаться в сферу ответственности другого.

Качество государственного аппарата может быть хорошим или плохим, но важно понимать, что в подавляющем большинстве случаев различные задержки и нестыковки не результат злого умысла или плохой работы, но практически неизбежное следствие самой сути устройства государственного механизма. Если этот механизм начнет работать «неформально», то хаос наступит очень быстро. Помимо этого,

существует очевидная проблема с компетентностью конкретных чиновников и с коррупцией, все сильнее раздражающей крымчан, да и россиян в целом.

Выход из положения — гражданская активность, по определению более гибкая, менее формальная, более «теплая» (в смысле — эмоционально окрашенная), чем деятельность государства и его органов. Но ее-то, невзирая на 90-процентную поддержку воссоединения Крыма с Россией со стороны россиян, пока не видно — может быть, кроме роста количества отдыхающих из России, определенная часть которых поехала в Крым из патриотических соображений.

К сожалению, трудно возразить Андрею Колесникову, написавшему в конце 2014 года, что «Крым — это не общее дело, русский человек брал его штурмом, сидя у телевизора...». Это особенно обидно, если принять во внимание реально существующий потенциал гражданской активности, направленной на содействие интеграции Крыма и Севастополя в Россию.

В ходе проводившихся в течение 2014 года социологических исследований у респондентов спрашивали, в какой мере вы лично готовы к значительным вложениям и инвестициям в Крым, бремя которых может лечь и на обычных граждан страны? Ответ «в полной мере» дали 7% в марте и те же 7% в декабре. Ответ «в значительной мере» дали 19% в марте, 12% в апреле и 12% в декабре. Наконец, «в какой-то мере» ответили 33% в марте, 29% в апреле и 30% в декабре.

Таким образом, после понятной эйфории в марте, вызванной присоединением Крыма, к началу текущего года сформировалась нормальная величина готовых чем-то лично добровольно пожертвовать для достижения общенациональной цели, которая составляет 49% опрошенных. Нас полстраны! Пусть в 2015 году кризис уменьшил это число в два, в три, пусть даже в пять раз, все равно нас десятки миллионов!

Очень важно, что огромное большинство россиян поддерживает присоединение Крыма отнюдь не из-за абстрактного «империализма»: согласно опросам, гипотетическое присоединение к России Абхазии — как и Крым, весьма привлекательной территории, во всяком случае в климатическом отношении, — поддерживают только 25% россиян, тогда как более 50% предпочитают сохранение статуса этой республики как независимого государства. Что же касается идеи, скажем, в рамках восстановления бывшего СССР присоединить Таджикистан или Киргизию, то она вызовет у подавляющего большинства наших сограждан в лучшем случае недоумение.

Крым — принципиально другое дело. Россияне включают крымчан в понятие «мы», а Крым — в понятие «наша земля». Поэтому с точки зрения россиян помощь Крыму — это помощь нашим людям, которых пытаются наказать санкциями, испортить новогодние праздники отключениями электричества, сорвать туристический сезон, вызвать товарной блокадой рост цен, блокировать коммуникации с внешним миром именно за осознание ими того, что они — наши. Соответственно, обустройство Крыма — это обустройство нашей земли.

На Украине консолидация гражданского общества во многом происходит на основе противостояния нам — тому, что украинская пропаганда называет «российской агрессией». Нам не нужно их копировать:

глупо консолидироваться «против Украины». Гораздо разумнее консолидация вокруг идеи обустройства нашей страны, включая ее жемчужину — Крым.

Обустройство жизни на земле, которую нация считает своей, вполне тянет на наш Большой Проект. Мы присоединили Крым не для того, чтобы сделать там военную базу, — она и так там была, — а для того, чтобы организовать на нашей земле, населенной нашими людьми, нормальную жизнь. Такое под силу только гражданам, сознательно и добровольно объединяющимся для достижения этой общей цели.

Если уж брать в этом вопросе пример с зарубежной страны, то не с Украины, а с Израиля, с того, как евреи обустраивали свою обетованную землю после образования еврейского государства. Государство там играло и играет огромную роль, но не меньшую сыграло гражданское общество — различные переселенческие фонды, движение кибуцников, пожертвования частных лиц и т.д.

Гражданское общество не сможет построить мост через Керченский пролив или решить проблему нехватки воды для полива, вызванную перекрытием Украиной Северо-Крымского канала. Но оно может сыграть важнейшую роль в обустройстве, украшении Крыма. Путь к достижению этого — развитие системы «крымских обществ»: частных фондов по сохранению и развитию объектов истории и культуры полуострова, «обществ друзей» вокруг того или иного музея, заповедника, памятника, создание эндаументов (целевых фондов) и попечительских советов, поддерживающих крымские вузы и школы.

Россияне, любящие отдыхать в каком-то определенном месте Крыма, могут принять участие в работе фондов местных сообществ, нацеленных на улучшение жизни в этом месте. На многие из названных целей выделяется государственное финансирование, но его, во-первых, на всех не хватит, а во-вторых, оно сопряжено с обозначенными выше бюрократическими проблемами. Частное не в пример гибче.

По понятным причинам ведущую роль в деле создания частных фондов и эндаументов смогут сыграть обеспеченные россияне. Отметим, что, согласно опросам, в группе респондентов, объединенных по субъективной оценке уровня жизни, доля тех, кто готов объединяться с другими людьми для совместных действий на общее благо, увеличивается прямо пропорционально росту оценки и достигает максимума в группе наиболее обеспеченных граждан. Способность объединяться положительно коррелирует и с наличием высшего образования.

Но возможные способы участия в деятельности фондов и обществ друзей не ограничиваются денежными взносами: этот мир не только для богатых. Гражданские активисты могут бесплатно оказывать информационную и консультационную помощь, помогать создавать сайты, просто содействовать популяризации Крыма.

Очень важным направлением работы добровольных «крымских обществ» видится создание бесплатных сервисов поддержки отдыха в Крыму.

Пока от увеличившегося притока сравнительно обеспеченных российских туристов выигрывают в основном крупные отели и санатории, а традиционному частному сектору, то есть обычным людям (зачастую — пенсионерам), привыкшим сдавать комнаты менее богатым туристам, приходится туго из-за сокращения притока украинцев. Особенно это касается западного Крыма. Создание и поддержка онлайн-базы таких объектов с возможностью бронирования через интернет сильно поможет людям.

Любое масштабное дело требует не только денежных средств, но и серьезных затрат времени — на обеспечение прозрачной отчетности, различные организационные вопросы и т.д. Здесь большую помощь могут оказать неполитические НКО, имеющие соответствующий опыт. Общественную атмосферу, в которой живут российские НКО в последние годы, нельзя назвать благоприятной как в силу негативного образа, созданного в результате принятия закона об НКО — иностранных агентах, так и по причине общего отторжения российской бюрократией всякой «самодеятельности».

Очень важно вовлечь в дело обустройства, в работу «крымских обществ» крымскую интеллигенцию — музейщиков, преподавателей, студентов, объединения выпускников вузов. Во-первых, они помогут лучше учесть местные особенности. Во-вторых, именно эти группы обычно наиболее социально активны, поэтому принципиально важна их интеграция в общероссийский социум.

Отдельно нужно сказать о роли студентов. Студенты — одна из целевых групп в разработанной на Украине «стратегии возвращения Крыма» наряду с предпринимателями, этническими украинцами и крымскими татарами. Воздействию на них необходимо противостоять, добиваясь, чтобы крымские студенты ощущали себя частью российского студенчества.

Нужны активные студенческие обмены, совместные исследовательские программы студентов, преподавателей и ученых Крыма с коллегами из остальной России.

Активная роль гражданского общества способна радикально повысить гибкость и эффективность такой работы.

Важнейшим фактором успеха всего дела является строгая добровольность участия в общеполезных делах. Российские благотворители очень ценят свободу выбора объектов оказания помощи по своему усмотрению. Роль государства при этом видится не в организации, а в создании благоприятной внешней атмосферы, прежде всего — пропаганде совместных общеполезных дел.

Механизм работы «крымских обществ», включая взаимодействие с властью, можно отработать в Севастополе, где есть соответствующий опыт: руководитель законодательного собрания города Алексей Чалый, будучи частным лицом, при украинской власти делал именно это, борясь за сохранение российской культуры в Севастополе (имеются в виду основание и поддержка мемориала 35-й батареи и другие благотворительные проекты).

Интеграция Крыма, понимаемая как общее дело россиян, позволит направить энергию патриотизма в позитивное русло. Нынешняя ситуация вокруг Крыма — нечастый в нашей истории случай, когда идея обустройства жизни (в том числе частной жизни) явным образом сопрягается с идеей российского патриотизма, противостоянием внешнему давлению.

Не «сделать ракету», невзирая на «происки врагов», а наладить комфортную жизнь на своей земле, невзирая на эти самые происки.

Ведь именно налаживанию комфортной жизни, а не условному строительству ракеты пытаются помешать санкции и блокады. Активное участие гражданского общества в решении этой общенациональной задачи создаст основания требовать эффективной работы и от государственной власти.

Еще более важно, что общее дело — Большой Проект — позволит нам увеличить уровень доверия в обществе и в конечном счете сделать лучше жизнь не только в Крыму, но и во всей России.

Автор — доктор экономических наук