Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Дискуссии

Уроки маккартизма: кому нужна охота на ведьм

Дмитрий Петров о том, что внутренних дел в мире все меньше

70 лет назад в США началась «охота на ведьм». Через ужас перед пагубным влиянием извне прошли тогда оба полюса силы. В Штатах клеймили «разлагающую красную заразу». В Союзе — «растленное влияние Запада». Похоже, этот страх не изжит.

В СССР борьбу с «безродными космополитами» начали на старте холодной войны. И вели параллельно с «охотой на ведьм», устроенной в США Джо Маккарти, искавшим «агентов Москвы» и «большевистское подполье».

Вспомним: в 1946 году Уинстон Черчилль посещает Америку. И заявляет: «от Штеттина на Балтике до Триеста на Адриатике… опустился железный занавес». А за ним орудуют «полицейские правительства», навязывая народам свою власть. Это он об СССР и Восточной Европе.

И свободный мир не спал бы спокойно, если бы атомное оружие монополизировал тоталитарный режим. Используя страх, он бы навязал себя миру. «Ужасные последствия этого невообразимы». Меж тем, на Западе знают: у Советов тоже будет бомба. А главную цель Кремля – победу коммунизма в мировом масштабе – никто не отменял. И Черчилль взывает: «будьте бдительны».

Его услышали. Комиссия конгресса США по расследованию антиамериканской деятельности, созданная в 1934 году, активизирует работу. И видит: в Штатах шурует «рука Москвы».

В Компартии США 63 тысячи членов. Поддержанный ей в 1948 году на выборах кандидат в президенты Генри Уоллес набирает 1 157 328 голосов. В Голливуде в иных кабинетах висят портреты Ленина.

Сэр Уинстон Черчилль напоминает: «народ имеет право… менять характер или форму правления, при котором живет», но «посредством конституционных действий» и «честных выборов». Это отвечает политической культуре США. Но в агитации «комми» там видят желание свергнуть правительство и навязать иной общественный строй.

%Начинается «охота на ведьм», за которую сейчас стыдно людям, лишенным симпатий к коммунистам и их идеям. В том числе и мне.

Адвокаты говорят: цель компартии – мирный переход к социализму. Первая поправка к Конституции гарантирует свободу слова и членства в партиях. Но прокуроры, опираясь на доносы агентов ФБР, заявляют о намерении обвиняемых свергнуть власть.

У здания суда не стихают протесты. Процесс дважды попадает на обложку журнала Time. Общество разделено. Для интеллектуалов этот суд — угроза гражданским свободам. И их мнение учитывают даже те американцы, которым коммунизм чужд.

Все меняют Пекин и Москва. С 1949 года красный Китай – не страшный сон, а реальность. А в СССР испытывают атомную бомбу. Штаты в тревоге. Люди видят угрозу извне и внутри страны. 11 обвиняемых осуждают. Потом — еще 120. Влияние Компартии падает. К концу 50-х в ней уже менее 10 000 членов. Включая, как пишут историки, 1500 агентов ФБР.

Но в 1957-м Верховный суд США запрещает такие процессы, ибо «подсудимые должны отвечать за действия, а не идеи».

Но почему в 1957-м? Случайность? Ничуть. В этом году умирает организатор борьбы с иностранной угрозой сенатор Маккарти. И это решение – один из итогов осмысления раздутой им истерии, продолжавшейся несколько лет.

Начинает Маккарти бойко. В 1950 году, в одном из политических клубов, объявляет: «Вот тут у меня список из 205 сотрудников Госдепартаментакоммунистов, формирующих нашу внешнюю политику». Это — бомба. Ультраправые деятели и рулевые политических машин мигом делают малоизвестного провинциального политика звездой. А он обвиняет кого угодно, лишь бы быть в центре внимания. «Красные» пронизали США – объявляет Маккарти, пополняет свой список и бьет по всем целям. Из библиотек изымают 30 тысяч наименований книг. Людей увольняют. Общество в тревоге.

В 1953 году Маккарти возглавляет сенатский Подкомитет по расследованиям. В 1954 принят Закон о контроле за коммунистами. Но «комми» ему уже мало. Он атакует либералов — деятелей искусств и «умников». Тут и Эйнштейн, и Оппенгеймер, и Чарли Чаплин, и Леонард Бернстайн, и Артур Миллер, и тысячи других. Чем они опасны? Маккарти считает их иностранными агентами.

«Рука Москвы» дотягивается якобы и до Пентагона… Проходят слушания «Маккарти против армии». Зрители видят в прямом эфире его хамство и слышат обращенные к нему слова юриста Джо Уэлша: «Вас учили приличиям? Ведите себя достойно, сэр». Выходит карикатура: Маккарти, крича «горим! горим!», гасит факел Статуи Свободы. Первой, опасаясь введения цензуры, его атакует пресса.

– Нельзя путать инакомыслие с изменой! – заявляет в эфире видный журналист Эд Марроу. – Обвинение не есть доказательство. <…> Не дадим загнать нас в век глупости. Давайте помнить историю и наши ценности…» Тут-то американцы и вспоминают слова президента Трумена: «В свободной стране карают за преступления, а не за убеждения».

Причем неважно, что стало их основой: идеи, рожденные на родине, или вне ее. С древних времен, в век Гуттенберга и в эру Цукерберга они делают мир все более развитым и свободным. Сегодня он – открытая площадка обмена информации. В нем кто угодно – специалист по выборам; политический эксперт; журналист; профан, желающий сказать; агитатор; провокатор – кто угодно и где угодно может советовать кому угодно что угодно. Скажем – венесуэльской оппозиции. Какой маршрут избрать. Какие плакаты нести. Какие кричать кричалки. Как вести избирательную кампанию – работать в Сети, обходить дома, привлекать жителей. Это – что, вмешательство во внутренние дела?

В мире все меньше внутренних дел. Об этом важно помнить. Свободный обмен информацией ограничивают только диктаторы. И, подражая Маккарти, объясняют недовольство граждан действием внешних сил.

Власти Китая, где сотни тысяч жителей Гонконга протестуют против полицейских мер, видят в их действиях «руку ЕС». И требуют «прекратить вмешательство в дела КНР». Таковым они считают призыв представителя ЕС по иностранным делам Федерики Могерини проявлять сдержанность, отказаться от насилия и сделать шаги к деэскалации обстановки.

Заявления МИДа ФРГ после московских протестов о том, что разгоны и задержания «не соразмерны мирному характеру протеста», также именуют вмешательством во внутренние дела. Как и выражение надежды на отказ от «посягательств на гарантированное право на мирную демонстрацию и свободное выражение мнения». А также на «освобождение мирных демонстрантов».

Геннадий Зюганов «посмотрел сайт американского посольства». И увидал там «все маршруты, точки сбора, порядок финансирования. …Направлено на эти цели почти миллиард рублей…» Где он нашел данные о финансировании? Где взял свой «почти миллиард»? Неведомо. А маршруты были. Те, которых надо избегать американским гражданам, «держась подальше от толп и демонстраций». Но бдительный товарищ Зюганов усмотрел иное – призыв к беспорядкам.

И вскоре, митингуя на проспекте Сахарова (экий постмодернистский куршлюз – коммунисты выходят на проспект имени человека, которого преследовали и ссылали), Зюганов объявляет: «Нам не нужны кукловоды из американского Конгресса!», забыв (а, может, не зная), как в Штатах подобные деятели с иным знаком клеймили «кукловодов из Москвы».

Но в чем выходил Зюганов к людям? В куртке американской компании. Смешно. Ведь глобальные бренды – это инструмент доминирования Запада, внедрения его образа жизни.

КПРФ дерзко почти вписывается в тренд. Но почему – почти? Что мешает? Надпись на подиуме: «Stop фальсификации, безработица, манипуляции». А надо: «Just Do It! Коммунизм победит!» или «Here I am! По потребностям всем!» – слить девизы брендов с влажной грезой марксизма-ленинизма.

Они желают биться с российскими манипуляциями и с «американскими кукловодами»? Похоже на бунт кукол в театре Карабаса-Барабаса. Детское кино…

Между тем, 20 августа Госдума создала Комиссию по вопросам иностранного вмешательства во внутренние дела РФ. Сообщается, что ее доклад станет основой работы парламентариев и исполнительной власти. Инициатор создания этого органа, лидер «Справедливой России» Сергей Миронов считает, что «у комиссии будет работа, и многое выяснится». Как и его американский собрат 70 лет назад, он жаждет расследовать.

Маккартизм стал для Америки важным уроком. И вот — достиг Москвы. Будем надеяться, урок пойдет впрок. Хотя это бывает реже, чем хочется.