Новости
Сделать Газету.Ru своим источником в Яндекс.Новостях?
Нет, не хочу
Да, давайте

«Талибан»*: гонка за признанием

О международной политике Афганистана

Журналист

В 2022 году, скорее всего, «Талибан» (организация запрещена в России) будет признан легитимной властью в Афганистане. Вопрос только в том, кто первым его признает – и на каких условиях.

Вот уже около пяти месяцев движение «Талибан» снова правит Афганистаном. Предыдущие власти сбежали из страны вслед за американскими войсками, оставив исламистам разрушенную гражданской войной страну с заблокированными иностранными счетами. Доступ к которым «Талибан» получить не может просто потому, что он не признается миром в качестве легитимной афганской власти. Ровно по той же самой причине талибы не могут привлекать значительные объемы иностранных инвестиций для восстановления национальной экономики. Между тем, деньги стране очень нужны – уже весной в Афганистане ожидается голод и серьезный гуманитарный кризис (по некоторым данным, с августа из-за ухода американцев и иностранных компаний, а также падения экономики работу потеряли около полумиллиона афганцев – и к середине 2022 года их число вырастет до 900 тысяч). Конечно, международные организации – в частности, ООН, – пытаются оказывать какую-то гуманитарную помощь, но этого явно мало.

Именно поэтому руководство «Талибана» просит иностранные государства ускорить дипломатические процедуры. «Я призываю все страны, особенно исламские, начать процесс нашего признания», – заявил премьер-министр движения мулла Мохаммад Хасан Ахунд. В талибском МИДе уверяют, что выполнили «все основные предварительные условия», необходимые для признания – то есть взяли под контроль границы страны и обеспечили правопорядок на ее территории. «Исламский эмират Афганистана сделал все, что требуется для его международного признания – для того, чтобы с чистого листа начать отношения с региональными государствами и международным сообществом. Территория Афганистана никогда больше не будет использоваться одной страной против другой», – заявил представитель талибов в Пакистане.

Однако с утверждением о выполнении требований афганские де-факто руководители несколько поспешили. У разных стран разные требования к Афганистану – и некоторые из них кажутся невыполнимыми.

Так, сейчас Афганистан активно ведет диалоги о признании со странами Запада – и Запад требует не только безопасности, но и гуманизации. США и ЕС хотят, чтобы талибы обеспечили в Афганистане уважение прав человека и особенно женщин, свободу слова, введение нормального женского образования, четко прописанные права меньшинств и обязанность государства их защищать, а также инклюзивное правительство, куда войдут противники «Талибана».

В Кабуле не отказываются общаться с американцами и европейцами на эти темы. С 23 по 25 января в Осло прошли межафганские переговоры, на которых присутствовали представители «Талибана». При этом норвежские власти отдельно обговорили, что приглашение на них представителей талибов отнюдь не означает их признание. «Мы должны поговорить с де-факто властями страны. Мы не можем допустить, чтобы политическая ситуация привела к еще большей гуманитарной катастрофе», – заявила министр иностранных дел Норвегии Анникен Хюитфельдт. На этих переговорах талибы встречались как с западными дипломатами, так и со сбежавшими из Афганистана местными активистами – и все вместе выразили надежду на то, что все будет хорошо.

Увы, не будет. Талибан не может ввести в Афганистане западные либеральные порядки – сама идеология движения им противоречит, не говоря уже об афганских традициях (которые не смогли побороть даже американцы и назначенные ими прежние афганские власти). С другой стороны, Запад не может отказаться от этих требований. И не потому, что премьеру Великобритании или президенту США так важны жизни афганских женщин, а из-за радикализированного общественного мнения в западных странах. Если тот же Байден признает правительство «Талибана» и будет с ним работать, а журналисты будут передавать из Кабула кадры с побиванием камнями женщин и публичными казнями геев, то американская власть окажется под колоссальным прессингом – который Байдену ни разу не нужен, особенно перед промежуточными выборами в Конгресс. Республиканцы и без того обличают его за «позорный вывод» войск из Афганистана, а в случае признания добавят к этим обвинениям еще и утрату морального лидерства в деле защиты прав человека. Да, есть страна, которая является союзницей США и при этом сохраняет в своей стране средневековые шариатские порядки – Саудовская Аравия, – однако у талибов банально нет такого объема денег, которые саудиты тратят на «инвестирование» в американские СМИ и научные центры для поддержания своего позитивного образа. Напомним, что эти деньги смогли даже заставить американцев подзабыть об убийстве и расчленении колумниста The Washington Post Джамаля Хашукджи по личному приказу кронпринца Саудовской Аравии Мохаммеда бин Салмана.

Впрочем, «Талибан» ведет переговоры и с другими странами – теми, кому не так важен правозащитный аспект. В частности, с Ираном, Китаем и Россией. Которые работают в связке. «Все страны-соседи Афганистана координируют политику в отношение данной страны и обеспечение коллективной безопасности. США ушли к себе в другое полушарие, но нам уходить некуда. Особое значение в определение политики играют консультации по линии ОДКБ и ШОС. На текущий момент общая позиция предусматривает диалог с правительством талибов, но не его официальное признание, – поясняет «Газете.Ru» глава Евразийского аналитического клуба Никита Мендкович. – Противоречий по Афганистану у России с Китаем и Ираном нет. Могут быть разные акценты в политике: например, Китай интересует возобновление работы своих рудников на территории страны, а у России таких проектов не было. Но есть общее понимание, что сейчас Афганистаном управляет «Талибан», и это правительство безальтернативно».

Основных требований у этой тройки три. Во-первых, талибы должны выгнать с территории Афганистана суннитские террористические организации. Те самые, которые используют территорию страны для операций против Ирана, стран Средней Азии, а также Китая. Требование вполне исполнимое – большая часть этих организаций является врагами талибов. Те же, с которыми талибы ситуативно сотрудничают, станут проблемами в будущем – ведь «Талибан» усвоил урок 2001 года и вряд ли захочет снова предоставлять убежище врагам великих держав. Поэтому та же Россия хочет посмотреть, справится ли движение с этой задачей – и не развалится ли в процессе.

Второе требование – прекращение или хотя бы минимизация наркотрафика. Особенно болезненно эту проблему воспринимают в России и в Иране. И она тоже решаема – в разумных, конечно, пределах. Да, сейчас наркотрафик является основой экономики страны – однако при помощи инвестиционных и иных программ афганские власти могут добиться резкого сокращения посевов опиумного мака.

Наконец, третья проблема – это уважение прав религиозных (в случае Ирана) и этнических (в случае России) меньшинств, которое выражается через стандартное требование об «инклюзивности» власти. «Идея инклюзивного правительства изначально была обусловлена тем, что «Талибан» находится под санкциями ООН. Одно дело признать кабинет с участием тех, кто внесен в списке санкций Организации, другое – полностью партийное правительство. На мой взгляд, требование устаревшее, но понять настороженное отношение Москвы к талибам можно. В 2000-м талибы заявляли о поддержке чеченских сепаратистов и даже заявляли о желании отправить им военную помощь. Дело давнее, но ряд членов текущего кабинета в силу их возраста это время застали, и извинений за эти намерения не принесли. Так что для России по умолчанию лучше иметь дело с правительством, состоящим не только из людей, которые 20 лет назад объявляли нам фактически войну», – говорит Никита Мендкович.

Если «Талибан» пойдет навстречу российско-китайско-иранским требованиям, то он получит куда больше, чем от Запада. Не просто деньги с замороженных счетов, а самые настоящие китайские инвестиции, российские политические гарантии, а также иранскую инфраструктуру. Тегеран, напомним, поставляет в Афганистан электроэнергию. Кроме того, иранский порт Чабахар способен сыграть большую роль в деле восстановления афганской экономики. Наконец, через иранскую территорию может осуществляться индийско-афганская торговля (через Пакистан работать сложно, учитывая напряженные индо-пакистанские отношения).

И все это без активного вмешательства во внутренние дела, без поучений в вопросах прав человека. Честный размен – и, самое главное, выгодный для «Талибана». Единственно выгодный.

Автор выражает личное мнение, которое может не совпадать с позицией редакции.

Загрузка