На Запад и в другую сторону

Юлиан Семенов. «Последние дни Маяковского»

В сборнике «Последние дни Маяковского» переиздана первая повесть Юлиана Семенова — случай, сделавший из романтического певца «зеленого моря тайги» знаменитого «комитетского соловья».

В своей популярной серии «Дело №…» издательство «Молодая гвардия» выпустило сборник повестей Юлиана Семенова «Последние дни Маяковского». Вернее, даже не повестей, а «исторических версий» — именно так обозначило жанр издательство, включившее в сборник две повести: «Дипломатический агент» (о миссии Виткевича), «Псевдоним» (про судьбу О. Генри) и рассказ «Научный комментарий» — о последнем дне жизни Владимира Маяковского.

В данном случае интересен даже не ренессанс Юлиана Семенова, хотя идущий сейчас полным ходом процесс «реабилитации» когда-то табуированной, а ныне возвращающейся «советской попсы» весьма любопытен и сам по себе.

Самое примечательное в этой книге — это повесть «Дипломатический агент».

Дело в том, что именно эта повесть стала литературным дебютом Семенова, именно она дала начало тем объемным томам, что оставил после себя этот весьма плодовитый писатель. Это уже потом, заматеревший и невероятно популярный и в народе, и в верхах, Семенов пристрастится писать настолько, что свои новые книги будет уже не называть, а нумеровать — «Экспансия-3» или «Горение-4». А начиналось все весьма романтично…

Недавний выпускник ближневосточного факультета Московского института востоковедения Юлиан Семенов пробовал себя в журналистике. Нет, он, конечно же, остался на кафедре, преподавал в родном МГУ афганский язык (пушту), но одновременно еще и печатался в «Огоньке», «Правде», «Литературной газете», «Комсомольской правде», «Смене». Все как положено: в качестве специального корреспондента журнала «Огонек» Семенов ездит по всему Советскому Союзу и пишет очерки. На традиционные для того «оттепельного» времени темы — про звероловов Уссурийской тайги, полярников на станции, геологов, вскрывающих кимберлитовую трубку… Вскоре от журналистики переходит и к художественной прозе: в журнале «Знамя» в 1958 и 1959 годах напечатаны два цикла его рассказов — «Пять рассказов о геологе Рябининой» и «Будни и праздники».

Возможно, кто-то, привыкший к хрестоматийному Семенову, удивится: «И это будущий матерый «комитетский соловей»? Аксеновщина какая-то».

Да, аксеновщина. Между этими двумя писателями, кстати, очень много общего и кроме приятельства в молодости. Почти ровесники — год разницы. Оба из так называемых номенклатурных семей. Отец Юлиана Семенова Семен Александрович Ляндрес работал в «Известиях» с Бухариным, позже был заместителем руководителя Объединения государственных издательств РСФСР. Павел Васильевич Аксёнов был председателем казанского горсовета и членом бюро Татарского обкома партии. Позже и тот и другой были репрессированы, а детям перепало определение «сын врага народа». И Аксенов, и Семенов закончили «непрофильные» для литературы вузы — медицинский и востоковедческий, но очень быстро обратились к литературе, почти одновременно опубликовав свои первые рассказы в журналах «Юность» и «Знамя». Да и писали-то они, по сути, об одном и том же — про «голубые города» и поездки «за туманом». Оба числились «молодыми перспективными авторами». Но дальнейший вектор движения этих почти не отличимых молодых романтиков определила первая же крупная вещь, которую они написали.

У Аксенова первой книгой стал принесший ему громкую славу роман «Звездный билет». В отличие от большинства своих современников, ехавших за романтикой на восток — в Сибирь, «за запахом тайги» — аксеновский герой едет на запад — в почти еще не советизированную тогда Прибалтику.

А Семенов поехал на восток. Даже так: на Восток.

В Кабул, работать переводчиком с пушту и дари. Там, в Афганистане, и был написан «Тайный агент». Эта книга об Иване (Яне) Виткевиче, человеке удивительной судьбы. Еще подростком, в 15-летнем возрасте, за участие в польском национальном движении он был приговорен к лишению дворянства, бессрочной ссылке в солдаты и отправлен в крепость Орск, что неподалеку от Оренбурга. Здесь ссыльный солдат и увлекся Востоком, изучил тюркские языки и фарси. Однажды проезжавший через Орск выдающийся немецкий ученый-энциклопедист Александр Гумбольдт был очень удивлен лингвистическими познаниями солдата Виткевича, прикрепленного к нему в качестве переводчика. Благодаря заступничеству Гумбольдта Виткевич был произведен в унтер-офицеры, а в следующем году переведен из Орска в Оренбург, работать в Оренбургской пограничной комиссии. Это знаменитая организация являлось своеобразным «восточным филиалом» Министерства иностранных дел и была призвана заниматься взаимоотношениями с Кокандом, Бухарой, Хивой, Кашгарией (нынешний китайский Синьцзян), Афганистаном, а также наблюдением за действием властей Британской Индии.

Дело в том, что именно в те годы закончилось, условно говоря, «свободное», беспрепятственное расширение империй в Азии. Главные игроки региона — Россия, Китай и владычествовавшая в Индии Британская империя — вышли на границы друг друга.

И началась прославленная Киплингом Большая Игра.

Волею судеб именно недавний государственный преступник Иван Виткевич оказался человеком, которому пришлось сыграть первый раунд этой игры. Из своего рейда в Бухарское ханство Виткевич однажды вернулся не один, а с Хусейном-Али — послом афганского хана Дост-Мухаммеда, оказавшегося в то время в Бухаре. Виткевич и сопровождал посла в Петербург, а потом отправился с «особой миссией» в Кабул, где России впервые пришлось играть против Англии. Причем соперником Виткевича оказался не кто иной, как знаменитый британский капитан Александр Бёрнс, матерый разведчик, один из лучших имперских специалистов по Востоку. Кстати, незадолго до Виткевича Бернс тоже побывал в Бухарском ханстве, переодевшись в армянского купца. Здесь, в Кабуле, и состоялся первый в истории спецслужб раунд единоборства русской и английской разведок. Раунд, который Виткевич выиграл, но очень дорого за это заплатил.

По сути, этот эпизод российской истории представляет собой готовый сценарий авантюрного шпионского романа — не случайно про миссию Виткевича в свое время писал Пикуль, ей же посвящен роман Михаила Гуса «Дуэль в Кабуле», а в 1980 году об этих событиях был снят фильм «Служа Отечеству».

Однако, несмотря на столь пристальное внимание, загадок в этой давней истории до сих пор осталось предостаточно. И главная из них — таинственный выстрел в номере петербургского отеля «Париж». Выстрел, унесший жизнь российского триумфатора, только что вернувшегося из Афганистана Ивана Виткевича.

Естественно, эта загадка зацепила и молодого переводчика Юлиана Семенова.

И этот проснувшийся интерес к работе спецслужб и вывел его на дорожку, которую он прошел до конца. С Кубой и Парагваем, участием в боевых операциях вьетнамских и лаосских партизан, поисками укрывающихся от возмездия гитлеровцев и дружбой с Хемингуэем, розыском Янтарной комнаты в компании с Жоржем Сименоном, Джеймсом Олдриджем и Георгом Штайном, вице-президентством Общества дружбы СССР — Аргентина и Международной ассоциацией детективного и политического романа. И книгами, книгами, книгами…

Семенов Ю. «Последние дни Маяковского». М.: «Молодая гвардия», 2007.