Слушать новости
Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Театр

ИТАР-ТАСС

Каскад покойников

Планы Московского музыкального театра имени Станиславского

Майя Крылова

В новых спектаклях Московского музыкального театра имени Станиславского и Немировича-Данченко ожидаются: смерть в уральских горах, убийство в Шотландии, выстрел немца себе в голову, утопленница в Неаполе и группа мертвецов из пьесы Шекспира. Такая информация оглашена на традиционном сборе труппы.

Премьер много, и почти во всех речь идет о смерти. Кроме того, в новом сезоне «Стасик» широко отметит собственный 90-летний юбилей. Пить будут после вечера классической оперетты и двух грандиозных гала-концертов — оркестра и балета. А юбилеев музыкальных народных артистов — с соответствующими творческими мероприятиями и банкетом в финале — просто не счесть. Сезон частично будет состоять из недоделок старого. Оперу Владимира Кобекина «Гамлет» обещают поставить уже который год, да все переносят и переносят, как и балет Юрия Григоровича «Каменный цветок».

Теперь обе новинки должны, наконец, появиться в афише.

Екатеринбуржец Кобекин очень популярен в мире продвинутых меломанов. Почти все его оперы поставлены — не у нас, так в Европе. Худрук «Стасика» Александр Титель уже сотрудничал с Кобекиным: постановка «Пророка» в Свердловске в 1987 году получила Госпремию. Время для современной оперы в провинциальной России тогда еще не наступило, и работать было проблемно, на авторов даже писали доносы. Теперь другое дело: Титель как режиссер многократно награжден, Кобекин как композитор – тоже, да и публика, особенно в столице, пообвыкла.

Так что «Гамлет», надо думать, пройдет на ура, тем более что либретто оперы полно молодежного сленга (а вот мата там нет).

Основу текста предоставил екатеринбургский драматург Аркадий Застырец, прочитавший пьесу как эксцентрическую комедию. Если текст комедии сохранится в либретто, первой репликой оперы будет: «Японский бог! Вот датская погодка». У Застырца полно выражений типа «пошел ты в ж…» или «здесь нынче полный вышел нам облом». Да и Офелия, чрезвычайно разбитная девица, надо полагать, споет про принца датского: «Парадоксально! Парит он в небе зябликом, пока я до соплей от страсти изнываю!»

А Гамлет воскликнет: «В короне — дурень с рожей ухореза! Пойти бы мне повеситься в сортир».

На таком фоне старая добрая «Лючия ди Ламмермур» покажется детской карамелькой. Подумаешь, обыкновенная трагедия по роману Вальтера Скотта – старая Шотландия, романтический колорит, вражда кланов, некая Лючия влюблена в некоего Эдгара, который имел несчастье стать врагом ее брата Энрико. Девушку насильно выдают за другого, она сходит с ума и в брачную ночь закалывает новоиспеченного мужа, провоцируя собственную кончину и самоубийство возлюбленного.

Автор музыки, итальянец Гаэтано Доницетти, был плодовит, написал 72 оперы, но «Лючия», созданная в 1835 году, считается чуть ли не лучшей, шедевром бельканто. Любовный дуэт Лючии и Эдгара «Verranno a te sull'aure» в первом действии очаровывает мгновенно, в арии безумной героини голос виртуозно соревнуется с флейтой. Лючия недаром была любимой оперной партией лучших певиц ХХ века — Марии Каллас, Ренаты Скотто, Джоан Сазерленд и Натали Диссэ. В «Стасике» оперу поставит известный драматический режиссер Адольф Шапиро.

Будет еще «Вертер» — опера по знаменитому роману, после которого в Европе началась эпидемия самоубийств среди романтически настроенных юношей.

Композитор Массне ценил опус Гете не меньше, чем Наполеон, который, как все тираны, был очень сентиментален и в молодости зачитывался историей о безнадежной бюргерской любви. Ставить страдания юного Вертера подрядился петербургский режиссер Михаил Бычков.

«Каменный цветок» — первый известный балет Юрия Григоровича, отменивший в 1957 году господствующий в эпоху Сталина балет-пьесу. Григорович считал, что у него получился балет-симфония: как писали апологеты нового хореографа, Григорович отменил «танцы в жизни» и показал «жизнь в танце». «Цветок» навеян уральскими сказами Бажова. Сценография устроена затейливо, действие происходит как бы в огромном куске малахита. Танцуют мастер-камнерез Данила, обеспокоенный муками творчества, его невеста Катерина, волшебная ящерка — Хозяйка Медной горы, соблазняющая Данилу отборными самоцветами и сексапильностью, а также «зверь и убойца» приказчик Северьян с испитым лицом и в лаковых сапогах, в финале проваливающийся под землю.

Как и положено советскому спектаклю, в опусе Григоровича нет типичного для старинных балетов раскола мечты и действительности.

Побыл герой в подземелье, посмотрел на малахит, помечтал о совершенной вазе собственного изготовления — и хватит, пора домой, в деревню, к невесте, понятной и родной.

«Неаполь» — совсем другая песня. Если в балете Григоровича надо танцевать с размахом и удалью, то в постановке датчанина Августа Бурнонвиля, наоборот, важна тонкая филигранная работа ногами, тщательная отделка поз, подробная пантомима и выверенная игра деталей. Балет «Неаполь, или Рыбак и его невеста» навеян красотами южной Италии, сочинен копенгагенским классиком хореографии в 1842 году, популярен и на родине, и в мире, но в России не ставился никогда. Дело тут в страсти рыбака Дженнаро и рыбачки Терезины, которую любят также противный торговец лимонадом и вредный неаполитанский макаронщик. Девушка тонет при морской прогулке, и спасти ее может лишь жених, да и то с помощью монаха, имеющего медальон с ликом Мадонны. С сим предметом рыбак уходит в море, где в знаменитом Лазурном гроте около Неаполя Терезина танцует с подводными обитателями. Дайвинг хоть куда, но потом дева оживает и всплывает на поверхность, а горожане празднуют Троицин день и свадьбу рыбака с невестой.

После премьеры «Неаполя» хореограф получил восторженное письмо от Андерсена.

Малая сцена театра тоже без танцев не останется: хореограф Алла Сигалова опробует ее «Эскизами к закату» на темы еврейской поэзии с участием композиторов Дмитрия Шостаковича и Леонида Десятникова. А главной сенсацией обещает стать вечер одноактных балетов. В серединке проекта встанет «Призрачный бал» — возобновленный спектакль покойного Дмитрия Брянцева, былого балетмейстера «Стасика». Это неоромантический «взгляд и нечто» на музыку Шопена. По краям обещаны два иностранных спектакля. Имена балетмейстеров театр пока не оглашает, потому что контракты еще не подписаны. Но удалось узнать: будут опусы великих европейских мастеров, чьи имена вписаны в алмазный список мирового балета.