Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Кино

1 6

«Сыграть еще одного Тора я всегда смогу»

Актер Крис Хемсворт рассказал «Газете.Ru» о съемках в фильме «Кибер» Майкла Манна

Ксения Прилепская

В преддверии премьеры фильма «Кибер», посвященного интернет-преступлениям, Крис Хемсворт рассказал, зачем взялся за роль хакера после фильмов о «Торе», изучении программного кода, съемках в настоящей тюрьме и грузе собственной сексуальности.

29 января в прокат выйдет «Кибер» — новая картина классика американского экшен-кино, режиссера «Схватки» и «Полиции Майами» Майкла Манна, посвященная актуальной теме киберпреступности. Главную роль в картине исполнил Крис Хемсворт, известный зрителю прежде всего благодаря роли скандинавского бога Тора из кинокомиксовой вселенной Marvel. «Газета.Ru» встретилась с актером, чтобы обсудить новую киноработу, в которой он сменил амплуа, представ куда менее физически развитым хакером.

— Вы устали все время играть Тора?

— Не то чтобы устал, просто время от времени хочется встряхнуться и сделать что-то непривычное, может, даже пугающее. Я снялся в комедии «Каникулы», затем в приключенческой драме про китобоев и очередном выпуске «Мстителей», но в этот раз я делаю там не совсем привычные для себя вещи. Это здорово.

— Как вы готовились к роли хакера Николаса Хэтуея?

— Я научился понимать и писать код, который, с точки зрения простого смертного, выглядит как довольно бессмысленная комбинация символов и слов. Не могу сказать, что я хоть в чем-то дошел до уровня рядового хакера, но точно научился кое в чем разбираться, выучил сленг. Я полностью погрузился в этот мир и постарался хотя бы на время стать его частью.

— Что привлекло вас в этом герое? Он далек от ваших обычных персонажей, которыми чаще всего бывают крепкие парни с большими кулаками.

— Ну во-первых, мне хотелось попробовать что-то новое. К тому же я мало что знал об этой теме и обрадовался возможности расширить горизонты. Сыграть еще одного Тора я всегда смогу. А выйти за пределы своей «зоны комфорта» показалось мне полезным.

— Говорят, подготовка к фильму шла очень долго.

— Да, месяца три ушло только на обучение хакерскому мастерству. Затем мы посещали разные тюрьмы, чтобы изучить быт и жизнь там: разговаривали с заключенными об их жизни, опыте, сожалениях, желаниях человека, сидящего в неволе. Одни говорят: да, я совершил ошибку. Другие говорят: я не совершал того, за что сижу. Доходило до того, что некоторые мои собеседники просили меня найти для них юриста; вот это было по-настоящему страшно: никогда не знаешь, преступник перед тобой или, может, невинно осужденный человек? Для Манна очень важно было, чтобы мой герой выглядел правдоподобно для хакера, испытавшего на себе тяготы тюремной жизни, чтобы его поведение на свободе после выхода из тюрьмы было реалистичным.

— Съемки в «Кибере» как-то повлияли на ваше поведение в сети? Стали осторожнее? Тревожнее?

— Да, причем еще на этапе подготовки к съемкам. Я несколько месяцев общался как со всякими специалистами по защите информации, так и с хакерами (в том числе с теми из них, кто работает на государство). Когда столько всего узнаешь, волей-неволей начинаешь вести себя осмотрительнее.

— Вы думаете, вам удалось бы выжить в тюрьме?

— Вряд ли. (Смеется.) Особенно с учетом моей актерской карьеры. Так, когда я шел по тюрьме, дело обошлось только криками «Эй, Тор, Тор! Поди-ка сюда, детка!». Но если бы оказался внутри, все, думаю, было бы значительно хуже. (Смеется.) Вообще идти сквозь бесконечные этажи с рядами тюремных камер было страшновато, но Майклу разрешили сделать это — под его ответственность.

— Как вам работалось с Майклом Манном?

— Я вырос на «Полиции Майами. Отдел нравов» и «Схватке»; обожаю его фильмы.Так что, уверен, мне страшно повезло.

— Непросто показать компьютерное преступление так же остро и четко, как преступление в более привычном нам понимании: компьютерный взлом не очень нагляден. Как, на ваш взгляд, с этой задачей справился режиссер?

— Это и правда было непросто, но в «Кибере» присутствуют и экшен, и погони с перестрелками, и любовь, и элементы триллера, и компьютеры. Это хорошо сбалансированное кино, в котором интеллектуальная составляющая очень здорово увязана с криминальной. При этом Майкл снимает вполне искреннее, правдивое кино. Хакеры действительно не самые сексуальные герои. У нас нет ветродува за камерой, раздувающего волосы героини, и бросающегося в глаза искусственного загара.

— А свое имя в Google часто ищете?

— Нет, ну что вы. Ну то есть не буду, конечно, говорить, что я этого никогда не делал. Но стараюсь этого не делать, потому что результат меня ужаснул. Бывает, прочитаешь хороший отзыв о себе и сам ходишь и удивляешься, как много это для тебя значит; понятное дело, всем нужна эта положительная оценка, пусть и от анонимов в интернете. А прочитаешь гадость — и срочно ищешь что-нибудь хорошее про себя, чтобы компенсировать только что полученный негатив. Мне кажется, это нездорово; как раз тот случай, когда многие знания — многие печали. Нет, понятно, что всегда были и будут слухи и сплетни, но одно дело написать гадость на заборе, которую увидят несколько человек, а другое дело, что с появлением интернета число возможностей для этого стремительно и постоянно возрастает.

— Как вы, семейный человек, отец троих детей, уживаетесь со своим голливудским статусом красавца мужчины? Легко ли это?

— Честно говоря, я ничего об этом не знаю. Все это проходит, как правило, вне моего информационного поля. Я же не живу в Голливуде. Когда жил, замечал чаще, конечно. Ты видишь постеры, билборды, журналы, слышишь пересуды… И в какой-то момент ловишь себя на том, что уделяешь этому слишком много незаслуженного внимания. Сейчас мы живем в Австралии, в небольшом городке, и это прекрасно. Там можно дышать полной грудью и ни о чем таком не думать.

— А вот журнал People в прошлом году назвал вас самым сексуальным мужчиной планеты. Вы его обложку в рамочку вставили?

— Черт, конечно нет! (Смеется.)

— Как вы себя ощущаете в этой роли? Появилась ли какая-то дополнительная ответственность?

— Конечно! Теперь я все время должен выглядеть сексуальнее некуда! (Смеется.) А если серьезно, теперь наконец можно расслабиться, ведь это все, чего я мечтал достичь в жизни! (Смеется.)