Слушать новости
Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Кино

Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
  • Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
  • Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
  • Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
  • Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
  • Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
  • Кадр из фильма Леонида Парфенова «Русские евреи»
1 6

«Без евреев русский коммунизм не был бы таким пламенным»

Леонид Парфенов о фильме «Русские евреи»

Ярослав Забалуев

По случаю выхода в прокат своего нового фильма «Русские евреи» Леонид Парфенов рассказал «Газете.Ru» о том, какую роль в российской истории и культуре сыграла еврейская горячность, и о том, почему он не верит в заговор Ротшильдов.

В российский прокат выходит первая часть нового документального цикла Леонида Парфенова «Русские евреи», в которой автор рассказывает историю евреев в России с XI века до революционного 1917 года. Второй и третий фильмы серии будут готовы зимой, а пока Парфенов побеседовал о картине с «Газетой.Ru».

— Откуда пришла тема нового фильма?

— Я сделал, наверное, 150 серий документальных фильмов про русскую историю и культуру. И всякий, кто занимается русской цивилизацией, знает, сколько номинально не русских по происхождению людей внесли в нее неоценимый вклад. Начать с того, что «наше все» был мулат — оказывается, и мулат может быть стопроцентным русаком. И есть три нации — грузины, немцы и евреи, — которые на определенных этапах массово переходили в русскость. Становились русскими по культуре, языку, работе, карьере — по-русски проживали жизнь. Это миллионы людей, несколько поколений. Бенкендорф не немец — он русский жандарм и вообще основатель жандармерии. И его преемник Дубельт. Да и вообще дольше всего Россией правили одна немка и один грузин. И их воспринимали как «матушка земли русской» и «отец народов». Что, например, осталось немецкого в Эрнсте или в Грефе, кроме фамилий? Или, например, Калатозов, мы же не скажем, что «Летят журавли» — это грузинский фильм, оттого что режиссер — урожденный Калатозишвили. С нынешними русскими евреями этот разговор быстро перешел в практическую плоскость: давай фильм снимать. Сейчас грузины жалеют, что не они первыми. Ведь такой ситуации больше не будет: немцу или грузину больше не круто становиться русскими.

— Почему?

— Когда империя шла в гору, здесь делали карьеры. Где бы Клодт еще своих коняг и прочих зверей в таком количестве понаделал? Или Константин Тон — где бы он еще построил эти а-ля византийские соборы, вокзалы и Большой Кремлевский дворец? Мы привыкли думать, что вот здесь у нас бьется сердце Родины, но вставлял его в кремлевский организм немец. Да и сам Кремль итальянцами построен, но это все русское, так у нас это устроено. А сейчас большие карьеры стали космополитскими, всемирными, да и инвестиционный климат в России плох не только для капиталов, но и для людей.

— Были какие-то детали, поразившие вас в процессе сбора материала?

— Каких-то потрясений не было, но действительность, конечно, всегда превосходит ожидания. Я, например, не знал подробностей про Конкурс имени Изаи 1937 года в Брюсселе, на котором пьедестал был сплошь советским. А победители были учениками Петра (Пинхуса) Соломоновича Столярского — Давид Ойстрах, Лиза Гилельс, Миша Фихтенгольц, Буся Гольдштейн. Пропаганда ликовала: советская музыкальная школа — ведущая в мире. Это Пинхус Столярский придумал, что базовой должна быть скрипка, а остальную школьную программу мы, вундеркинды, подтянем. Кроме того, я полагал, что отца Давида Федоровича Ойстраха звали Теодор, а оказалось — Фишель. Вот еще: понятно, что коммунизм в России основали русские и евреи, но что на первом съезде РСДРП из восьми делегатов было пятеро евреев — не знал. Эта пропорция сохранится и в противоположной ситуации: через 70 лет на первой антисоветской демонстрации на Красной площади из семи вышедших — четверо евреев. И в советскость, в антисоветскость они вносили еврейскую горячность. Без нее русские коммунизм и диссидентство не были бы такими пламенными. Это всего касается, как говорится, кусочком продается. Были блестящие физики, киношники, композиторы-песенники, были и душегубы, бессовестные красные пропагандисты тоже.

— Как вам кажется, пресловутый «еврейский вопрос» сейчас существует?

— Да нет, мне кажется. Если только у кого голова ушиблена. Ну, что это вообще значит — «еврейский вопрос»? По происхождению родителей? Все, кто чего-то боялся, уехали. Остальные вконец ассимилировались. Никакого значительного присутствия в русской жизни иудеи не имеют. А так-то у всякой национальности есть те, кто ее не любит. Есть антисемитизм, есть антиамериканизм, есть антирусские настроения… Поляки вот традиционно русских не любят — на уровне массовой реакции, и понятно почему. Чехи сейчас получше относятся, но тоже без восторга. Нас вообще мало кто любит, да и с теми народами, которые нас любили, мы тоже умудряемся разругаться.

— По-моему, антисемитизм все-таки более массовое явление.

— Ну да, разумеется. У евреев совсем другая религия, и при этом они всегда бок о бок с христианами и мусульманами, накопилось всякое. Но не думаю, что в России, допустим, кто-то не пользуется гуглом, потому что его основатель Сергей Брин — еврей, уехавший из России в Америку. Вряд ли есть люди, у которых поисковик по этой причине вызывает такое отвращение, что они кушать не могут. То же и с фейсбуком: есть наверняка пользователи-антисемиты, но и они преодолевают свое отвращение к происхождению Марка Цукерберга. Да и сам он вроде не очень-то думает о своей еврейскости. Кто у него жена? Китаянка?

— Ну да.

— Я думаю, раввин его бы за такое проклял, но, видимо, нет в его жизни раввина. И вряд ли его супруга принимала иудаизм. Видимо, им важнее друг в друге что-то кроме национальности. Но наше кино не о том, что разделяло наши народы, а о том, что связывало. Ведь даже пресловутая борьба с безродными космополитами прихотливым образом обходила многих известных и важных для Союза людей. Как раз в 1948-м Ботвинник стал чемпионом мира по шахматам — абсолютной звездой. А в 1951-м он впервые отстаивал свой статус, играя против гроссмейстера по фамилии Бронштейн. И пропаганда гордилась, что в любом случае побеждает советская шахматная школа. Ойстрах — наш главный скрипач. Или лучше будет сказать, что он не русский скрипач? Ну так ведь это неправда. Столярский учил Ойстраха и прочих, желая видеть их великими русскими и мировыми музыкантами, а не солистами еврейских оркестров, играющих на свадьбах.

— Мне показалось, что в эпизоде про «дело Бейлиса» вы очень по-сегодняшнему называете защитников обвиняемого «столичными либералами». Это осознанное осовременивание?

— Во-первых, со зрителем надо говорить понятным языком, а во-вторых, все же повторяется. Это очень избитый прием пропаганды. У нас это еще раз будет в эпизоде про 1948 год, когда речь пойдет про безродных космополитов.

— «Русские евреи» ваш первый фильм, выходящий в кинопрокат, а не на телевидении. Почему так случилось?

— Просто техника сейчас такая, что стало можно делать это и в кинозалах. Но это чисто телевизионный прием — ходит человек в кадре и прямо в камеру говорит. Нет подсмотренной жизни, это мы приходим и ставим кадр.

— Еще ваш проект противоречит популярным фильмам о том, как нами управляют Ротшильды и Рокфеллеры…

— Это же чушь какая-то, у нынешних Ротшильдов так мало денег, как они могут нами управлять! У них остались-то какие-то жалкие десятки миллионов. Ни в каком рейтинге богачей вы Ротшильдов не найдете. А придумать-то можно все что угодно. Джон Рокфеллер вообще был из набожных протестантов, и все его составление богатства и филантропия, 10% церкви и пр. — это сугубо протестантская этика.

— А вы вообще современное российское телевидение как оцениваете?

— Никак, я его не вижу. Я 11 лет там не работаю. Делаю по фильму раз в год-полтора, они могут быть туда отданы, и на этом наши отношения заканчиваются.

— Но у «Русских евреев» будет телеэфир?

— Если будет, то когда мы доснимем еще два фильма. «Ящик» же не может показывать сначала в апреле, а потом в январе. Мы к декабрю доделаем остальное.

— Эфир на Первом?

— Наверное. Мне кажется, что нигде кроме и не будут про это разговаривать.