Новости
Сделать Газету.Ru своим источником в Новостях?
Нет, не хочу
Да, давайте

Сериал «Разделение» — о компании, где сотрудникам отделяют память о работе от обычной

Рецензия на сериал Бена Стиллера «Разделение»

На Apple TV+ начался офисный триллер «Разделение» — про компанию, которая вживляет своим сотрудникам чипы, отделяющие их рабочие воспоминания от обычных. Режиссером и продюсером сериала выступил Бен Стиллер, а главные роли исполнили Адам Скотт, Бритт Лоуэр, Джон Туртурро, Кристофер Уокен и Патриция Аркетт. Кинокритик «Газеты.Ru» Павел Воронков посмотрел весь первый сезон «Разделения» — и по уши влюбился в это шоу.

Баланс между работой и личной жизнью, «work-life balance» — понятие, которое прикидывается твоим другом и вроде бы нацелено на достижение внутренней гармонии. Но в конечном счете это просто ужасно выгодная для капитализма вещь: сотрудник счастлив и доволен — сотрудник крайне эффективно работает. Сериал «Разделение» интерпретирует это понятие буквально: в нем капитализм обезумел до той степени, что произвел на свет процедуру «разделения», по которой в мозг человека внедряется крохотный чип, отделяющий рабочие воспоминания от обычных. Приходишь в офис — ты чистый лист, разлинованный корпоративной культурой. Заканчиваешь смену — не имеешь представления о том, что происходило в последние восемь часов. Начальству больше не нужно переживать, что ты случайно (или не очень) сболтнешь лишнего, нарушив соглашение о неразглашении. Тебя не будут отвлекать от работы личные обстоятельства — их вообще не существует.

Вооружившись этим простым, но захватывающим концептом, «Разделение» смешивает офисный триллер с корпоративной сатирой и экзистенциальной драмой в духе «Шоу Трумана» и «Вечного сияния чистого разума» (не только, кстати, в духе, а еще и на уровне). Получившуюся конструкцию пускают по рельсам научной фантастики, но стоит учитывать, что реальность перекладывает эти рельсы прямо на ходу: сегодня это все-таки что-то из области Филипа Дика, а уже завтра компания Илона Маска вгоняет в чей-нибудь мозг свой волшебный чип — и приехали. Плюс «Разделение» намеренно сводит все невероятное к минимуму и концентрируется на человеческих историях, из-за чего на шоу почти моментально подсаживаешься, несмотря на его чрезвычайно неторопливое развитие.

У каждого из героев — служащих мутноватой корпорации Lumon — свои причины пройти через «разделение». Самая по-человечески понятная досталась Марку (Адам Скотт), свежеиспеченному руководителю отдела обработки макроданных (чем занимаются конкретно там и вообще во всей компании, никто не понимает). Пару лет назад он потерял жену, не сумел справиться с горем и решил воспользоваться возможностью не помнить об утрате по 40 часов в неделю — такой вот радикальный вариант ухода в работу с головой. Марк-«внутренник» все-таки ощущает какую-то призрачную тоску, но осознать ее не способен — и в общих чертах вроде бы доволен своим существованием.

Его новая подопечная Хелли (надеемся, вскоре уже не малоизвестная артистка Бритт Лоуэр), свежайший продукт «разделения», напротив, сложившейся ситуацией категорически недовольна. И сама же выступает своим главным противником: формально подать заявление об увольнении можно, но его должен подтвердить твой «внешник», а «внешняя» Хелли не считает свою «вторую половинку» полноценным человеком, к чьим желаниям стоит прислушиваться.

Таких причудливых коллизий в «Разделении» предостаточно. Местное мироустройство, порождающее абсурдные и противоречивые ситуации (одним из ключевых сюжетных триггеров становится совершенно бестолковая мотивационная книга), продумано с поразительной тщательностью. Сценарист Дэн Эриксон, придумавший «Разделение» (для него это дебютный проект; утверждается, что после успешного питчинга в штабе Apple он поехал развозить посылки, поскольку тогда подрабатывал курьером), снабдил коллег внушительным объемом дополнительного текста, не относящегося к репликам и описаниям сцен. Поэтому практически любой вопрос, который возникнет при просмотре, рано или поздно озвучат с экрана: тут нет дыр — есть лишь лазейки, которыми герои попробуют воспользоваться.

Отправной точкой шоу стал личный опыт Эриксона: после переезда в Лос-Анджелес он сменил несколько офисных работ. На них ему хотелось одного — диссоциировать ближайшие восемь часов и мигом оказаться в конце рабочего дня. Эти мысли были пугающими: человеку скорее свойственно мечтать об увеличении количества доступного ему времени. Причин у таких настроений масса, здесь капитализм тоже постарался на славу: редкий офис обходится без токсичной атмосферы, где вполне целенаправленно культивируются недоверие и тревожность, в том числе в попытке предотвратить естественный процесс объединения и коллективного отстаивания своих прав. Все это спокойно сосуществует с лицемерными речами о высшей миссии, командном духе и прочим тимбилдингом (сериал докручивает эти явления до предела и остроумно переносит их в религиозную плоскость: основатель Lumon выводится почти божественной фигурой, а провинившихся сотрудников заставляют читать покаянные молитвы).

Режиссура Бена Стиллера (в проекте он выступал главным продюсером и снял шесть эпизодов, еще три поставила ирландка Ифе Макардл, работавшая над свежим «Дивным новым миром») делает «Разделение» выдающимся шоу. В нем постоянно тасуются настроения и тональности, что усиливает перманентный тонус и не дает заскучать. Это то жутко, то смешно. То душераздирающе грустно, то невозможно трогательно: сложно себе представить что-нибудь милее романтической линии между персонажами Джона Туртурро и Кристофера Уокена (да!).

Что делает «Разделение» шоу не просто выдающимся, а великолепным, так это тандем операторки Джессики Ли Ганье (сотрудничала со Стиллером в мини-сериале «Побег из тюрьмы Даннемора») и художника-постановщика Джереми Хиндла («Цель номер один» и «Детройт» Кэтрин Бигелоу). Именно эти люди сумели привести форму в полное соответствие с содержанием. Во внутреннем убранстве компании Lumon интересно копаться так же, как в сюжете; при виде здешних помещений глаз цепляется за вездесущую геометрическую безупречность и диковинные анахронизмы. На рабочих столах жужжат древние мониторы на электронно-лучевых трубках. Винтажные пленочные фотоаппараты. Видавшие виды виниловые проигрыватели. Но под потолком — современные камеры слежения.

Предметный мир «Разделения», как бы следующий по пятам за эволюцией героев (изначально поднятые стенки кубиклов опускаются по мере упрочнения отношений между ними), концептуально напоминает ретрофутуризм «Маньяка» Кэри Фукунаги. Однако цветовая палитра сериала — его полная противоположность: вместо кислотной психоделии здесь засилье больничного белого и успокаивающего (точнее, усыпляющего бдительность) зеленого. В результате шоу вечно тянет поставить на паузу, сделать скриншот и отправить кадр в печать.

В общем-то его только и хочется, что боготворить: в «Разделении» как будто бы и вправду нет ни одного изъяна, требующего хоть какого-либо внимания, ему следует вручить все награды и внести во все списки, это — без шуток — моментальная классика. Если шоу за что и журить, пойдя на принцип, то разве что за совершенно бессовестный клиффхэнгер в финале (если не случится второго сезона, весь Apple TV+ надо немедленно разогнать). Ну и за подкидывание рабочих идей в недобрые руки. Но это, наверное, уже после решения проблемы с литературой Владимира Сорокина.

Загрузка