Слушать новости
Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

«Это истерика»: чего боятся сильные люди

Прослушать новость
Остановить прослушивание

Культурист и психолог рассказали о главном страхе бодибилдера

После карантинов прошлого и отчасти этого года многие люди переживают из-за своей фигуры — лишние килограммы не дают им повода гордиться собой. Однако люди, для которых тело — это статус и мерило успеха, сталкиваются с куда более серьезными проблемами, чем переживания из-за штанов, которые перестали застегиваться. «Газета.Ru» узнала, почему культуристы боятся вставать на весы и что об этом думают психологи.

Британские исследователи обнаружили, что почти половина жителей Великобритании недовольны своим телом на фоне пандемии, и это сказывается на их душевном состоянии. Проблемы выявил опрос благотворительной организации CALM, которая занимается вопросами психологического благополучия граждан – проведенный в сотрудничестве с Instagram, он показал, что 48% опрошенных страдают от того, что их тело выглядит не так, как они хотят.

Подобные опросы, как правило, касаются людей, недовольных собой из-за недостаточно рельефных мышц, дряблого живота или впалой груди – или из-за того, что штаны вдруг стали малы. И мало кто обращает внимание на тех, кто находится по другую сторону этого спектра – бодибилдеров, спортсменов, которые профессионально занимаются наращиванием объема мышц и их массы, посвящающих жизнь тому, чтобы увеличить и выделить каждый мускул, довести тело до границ его возможностей, завоевать в этом виде спорта чемпионский титул.

Для них невозможность заниматься спортом, как это случилось во время карантина и закрытия тренажерных залов, оборачивалась катастрофой.

О страхе перед потерей мышечной массы, который испытывают бодибилдеры, обычный человек может узнать лишь случайно. Например, если его персональный тренер в спортзале, объемные бицепсы которого вызывают у простого клиента лишь восхищение, случайно проговорится, что никогда не взвешивается. Причина проста: он боится увидеть, что потерял вес – а значит, и мышечную массу. В спортзале можно заметить: чем более мускулист и рельефен тренер и чем более серьезно он относится к работе над собственным телом, тем чаще он с озабоченностью смотрится на себя в зеркале – и на его лице читается сомнение и недовольство своей внешностью.

Станислав Линдовер, мастер спорта по бодибилдингу, чемпион России по этому виду спорта и абсолютный чемпион Европы, в беседе с «Газетой.Ru» подтверждает: для бодибилдера потеря мышечной массы – это катастрофа. Особенно – для профессионального спортсмена, который стремится достичь больших объемов не только из эстетических соображений, а ради победы на соревнованиях.

«Речь идет о людях, которые, осознанно тренируясь, набирают гиперобъемную массу, — объясняет он. – Они рискуют, в том числе, своим здоровьем, психологическим состоянием, в течение какого-то времени отказываясь, по сути, от нормальных человеческих благ — ради своей цели. И если эта цель достигнута, любые потери объемов воспринимаются очень болезненно».

По словам спортсмена, в случаях, когда потеря мышечной массы происходит по независящим от человека причинам – например, из-за невозможности тренироваться по состоянию здоровья или закрытых спортзалов, — «это истерика». «Люди начинают не просто расстраиваться, там начинаются серьезные психические отклонения», — говорит Станислав Линдовер. Дело в том, что сейчас спортсменам нужно показывать себя не только на соревнованиях, но и в соцсетях – они оказываются дополнительной площадкой для самопрезентации. Бодибилдер не может выкладывать фотографии с рыбалки или поездки на шашлыки – ему нужно продолжать демонстрировать мышцы.

«Мышцы – это как дорогой аксессуар, — приводит аналогию Станислав Линдовер. — Представьте себе, что вы купили сумку Louis Vuitton, которая показывает ваш статус, но вместо нее выходите с полиэтиленовым пакетом. Как вы себя будете чувствовать? Раздетым, голым. Это очень болезненно».

Как объясняет психолог, соавтор программ по коррекции пищевого поведения Маргарита Лифшиц, для бодибилдера тело – это показатель его успеха.

«Тело выполняет большое количество функций, ассоциируясь с потребностями человека быть признанным, успешным, принадлежать к определенной группе, — говорит она. – К тому же, оно обеспечивает базовую безопасность, потому что приносит заработок и дает статус. Потеря мышечной массы, уменьшение рельефности – это определенный уровень падения во всех этих сферах».

Станиславу Линдоверу довелось столкнуться с этой проблемой – он рассказывает, что когда состояние здоровья не позволило заниматься, для него «рухнул весь мир». «В один момент трава стала не зеленая, солнце не яркое, вода не голубая», — вспоминает он.

Возвращать себе душевное равновесие спортсмену пришлось самостоятельно – и это потребовало внутренней работы над собой. «Пока я не согласился с собой, что теперь я такой, у меня, покоя в душе не было, — говорит бодибилдер. — Я был вынужден признаться, что мне уже без нескольких лет 50 и что здоровье, к сожалению, не позволяет. Но если бы позволяло, я опять бы собрался, выступил, прошел через все эти круги ада, потому что это штука очень сильно затягивающая. Это бессонница, проблемы с нервной системой, во взаимоотношениях, в дальнейшем – со здоровьем, это огромное количество денег, в конце концов, но, когда ты добиваешься результата, понимаешь, что оно того стоит».

Проблема спортсменов в том, что определяя себя через тело, они не могут сменить амплуа – в отличие, например, от актеров. Бодибилдер – это его тело. «Я – то, как мое тело выглядит, что оно может, — объясняет Маргарита Лифшиц, часто работающая с людьми, для которых тело становится важной частью профессии. — Если с ним что-то происходит, то я теряю себя, это уже не я. Или я, но плохой, дефектный, с изъянами. Это порождает страх — когда самооценка полностью зависит от телесности, он особенно велик».

Культуристы – люди, которые отличаются от обычных не только внешне. Станислав Линдовер, например, уверен, что проблемы в восприятии собственного тела у бодибилдеров развиваются не потому, что они пришли в этот вид спорта – напротив, они занимаются бодибилдингом в силу определенного склада характера.

«Это субкультура для не совсем психологически адекватных людей, — полагает он. — Это люди-нарциссы, перфекционисты. Для того, чтобы попасть туда и добиться результатов, надо быть таким. Все эти психологические проблемы – потому, что ты такой. Ты не стал им, ты уже был».

О нарциссизме говорит и Маргарита Лифшиц. «Для таких людей их тело — это не просто красота, не просто внешность, это глубинный нарциссический вопрос: «Какой я, насколько я хорош?» Или насколько я окей, подходящий. И если мне кажется, что я не окей, не подходящий, я тогда в этом месте начинаю испытывать огромный стыд, а это чувство, для человека одно из самых труднопереносимых. Такое изменение телесности, как потеря мышечной массы, связано с ним».

Проблемы решились бы походом к психологу, но Станислав Линдовер убежден: хотя в нашей стране для спортсменов разных видов – например, легкоатлетов или автогонщиков – есть свои специалисты, у бодибилдеров «специально обученные» люди только появляются. «У бодибилдеров нет такого подспорья в виде методов, которые могли бы амортизировать эту ситуацию. Скорее всего, кто-то пользуется классическими диалогами с психологом, но у меня, например, не получилось», — объясняет он.

Маргарита Лифшиц, однако, считает, что в нашей стране мужчины вообще реже обращаются к психологам из боязни оказаться слабыми. А для сильных, мощных бодибилдеров – это еще сложнее, потому что «тревога показаться слабым – еще больше». «Она как раз компенсируется видимой мышечной мощью, и я думаю, что для бодибилдера особенно может ощущаться стыдным, что такой брутальный, мощный мужчина придет и будет в кабинете психолога жаловаться, рассказывать о своих проблемах, возможно, плакать, а главное – чувствовать», — убеждена она.

Тяжелые физические нагрузки требуют от человека диссоциировать, как говорит психолог, чувства. «Когда ты поднимаешь тяжелую штангу, тебе нужно не чувствовать жалость к себе, не думать, зачем тебе это, не сомневаться, — говорит Маргарита Лифшиц. — И когда такой человек приходит на прием к психологу, интуитивно он понимает, что защиту придется снимать, с диссоциацией придется разбираться, чувства начнут возникать и выходить наружу, будут изменения».

А без психолога штанга действительно может стать тем средством, что принесет душевный покой. «Для меня все просто. Тяжело – работаем. Любые жизненные неурядицы и сложности – иди и поднимай штангу. Есть то место, где ты можешь направить свою энергию в нужное русло. У меня получается, у кого-то нет», — подводит итог чемпион России и абсолютный чемпион Европы по бодибилдингу Станислав Линдовер.