Новости
Сделать Газету.Ru своим источником в Новостях?
Нет, не хочу
Да, давайте

Как остановить Трампа

Как американская политическая система может остановить Трампа

Дональд Трамп активно пользуется своим конституционным правом главы исполнительной власти и едва ли не каждый день издает новые президентские указы. При этом по опросам за первую неделю президентства рейтинг поддержки Трампа среди граждан США опустился до 42%, а сотрудники сразу двух министерств заявили о своем нежелании выполнять указы. «Газета.Ru» разбиралась, насколько политическая система США рассчитана на возможное противодействие президенту.

На днях президент США Дональд Трамп отозвал полномочия креатуры прошлого президента США Барака Обамы — исполняющей обязанности генпрокурора и министра юстиции Салли Йейтс. Йейтс отказалась защищать в суде введенный Трампом временный запрет на въезд в США граждан семи стран с преимущественно мусульманским населением. Она также призвала к этому и сотрудников своего ведомства. Трамп заменил ее своим сторонником Дейной Боэнте — в интервью The Washington Post Боэнте уже успела заявить, что будет продвигать новый миграционный порядок.

Параллельно с этим кризис возник и в другом ведомстве — Государственном департаменте США. Стало известно, что около 900 сотрудников Госдепа подписали внутренний меморандум, в котором подвергается критике все та же миграционная политика Трампа. Об этом во вторник, 31 января, сообщал Reuters со ссылкой на источник, знакомый с документом. Пресс-секретарь Белого дома Шон Спайсер, комментируя меморандум, уже успел поставить ультиматум — сотрудники Госдепартамента «должны либо придерживаться программы, либо уйти».

По данным Gallup — американской организации, занимающейся опросами общественного мнения, рейтинг Трампа сейчас всего 42%.

Бешеный принтер по-американски

Меньше чем за две недели своего правления Трамп успел издать полтора десятка исполнительных указов — executive orders. Особенность этих указов заключается в том, что, в отличие от основных политических инициатив в США, президентские исполнительные акты хотя и имеют силу закона, но не требуют утверждения законодательной ветвью, если они не противоречат конституции. При этом подобные исполнительные акты президент США может издавать по любому вопросу.

Уже в первый день своего президентства Трамп издал указ об отмене реформы здравоохранения, проведенной его предшественником Бараком Обамой. Документ предписывал правительственным службам игнорировать некоторые положения, введенные Obamacare, в частности налоговые требования и штрафы. Несмотря на то что многие из этих положений были приняты конгрессом и имеют статус законов, это стало возможным после того, как 11 января сенат США еще в бытность Обамы проголосовал за отмену реформы.

На шестой день своего правления Трамп также президентским указом распорядился начать строительство стены на границе с Мексикой. Эта мера стала отправной точкой для новой миграционной политики США.

В тот же день Трамп подписал еще один указ, ужесточающий контроль за нелегальными иммигрантами на территории США. Глава страны распорядился выделить 10 тысяч дополнительных мест для найма сотрудников миграционного ведомства.

Cледующий день ознаменовался подписанием указа о запрете на въезд в США граждан семи преимущественно мусульманских стран — Ирана, Ирака, Сирии, Судана, Ливии и Йемена. Помимо этого, на 120 дней приостановлен прием сирийских беженцев. После подписания регулирующих миграционную политику указов Трамп обозначил свой принцип: «Нам не нужны новые законы». Очевидно, что избранный президент решил максимально полно реализовывать свое конституционное право главы исполнительной власти. Это уже сложившаяся практика в США — президент, только вступив в должность, начинает менять законодательство.

Точно так же в первые три дня своего президентства Обама издал пять указов. Правда, они касались в первую очередь расформирования печально известной пытками тюрьмы Гуантанамо, а также ряда секретных тюрьм ЦРУ. Несмотря на указ президента, Гуантанамо продолжает работать.

Помимо исполнительных актов Трамп также успел издать несколько президентских меморандумов — указов, по сути своей очень похожих на executive orders, но имеющих меньшую силу. Президентские меморандумы скорее напоминают поручения и требуют меньших оснований для принятия. Подобным распоряжением Трамп включил своего советника и главного стратега Белого дома Стивена Бэннона в Совет национальной безопасности, что также вызвало у многих недоумение. Прогрессивная пресса опасается излишней политизации органа национальной безопасности.

Вето и суд

Отменить распоряжения президента может Верховный суд США. Однако эксперт по конституционному праву, заведующий кафедрой Российской правовой академии Минюста РФ Вадим Виноградов объясняет, что Верховный суд не станет сразу рассматривать вопрос об отмене executive orders.

«У Верховного суда очень ограниченная юрисдикция, она четко очерчена конституцией — очень узкий состав, который они по первой инстанции рассматривают, — говорит эксперт.

— Скорее всего, подобными вещами займется окружной суд, но так или иначе есть перспектива того, что дело дойдет до Верховного суда». Виноградов обращает внимание на то, что пожаловаться на принятый Трампом закон может любой гражданин, необязательно парламентарий.

В состав Верховного суда США входят девять судей, которые назначаются президентом с одобрения сената пожизненно и могут досрочно прекратить полномочия лишь в результате добровольной отставки, импичмента за совершенные преступления или смерти. В феврале прошлого года ушел из жизни судья Антонин Скалиа, с тех пор его место пустовало. Однако Дональд Трамп уже определился с кандидатурой и предложил на освободившееся место федерального судью Нила Горсача. Горсач — сторонник дотошной и формальной трактовки закона. И его нельзя считать серьезным политическим ставленником республиканцев.

«Верховный суд состоит из девяти членов. Решение по вопросу принимается большинством. Однако особенность американской системы состоит в том, что Верховный суд может отказать в рассмотрении, самоустраниться. В США работает правило четырех. То есть нужно хотя бы четыре голоса, чтобы начать рассмотрение», — объясняет Виноградов. В настоящий момент в состав Верховного суда входят четыре судьи-либерала и четыре судьи-консерватора.

Виноградов дополнительно указывает на особенность судебной системы США — в стране нет конституционного суда, как в России. Иными словами, нет места, где различные органы власти могли бы оспаривать решения друг друга.

«Так как в США есть разделение властей, там есть и такое понятие, как система сдержек и противовесов — checks and balances.

Трамп не может отменить закон конгресса, а конгресс не может отменить исполнительные указы Трампа. Однако у конгресса есть сила кошелька.

Если Трамп вдруг распорядится отправить экспедицию на Марс, конгресс сможет остановить его, сославшись на нехватку денег», — говорит эксперт, доктор юридических наук, профессор ВШЭ Александр Домрин. В таком случае распоряжение президента все-таки будет принято, однако дальше этого дело не пойдет.

У конгресса также есть еще одна возможность помешать Трампу: поскольку законы, принятые законодательным органом, имеют приоритет над исполнительными указами президента, конгресс может издать собственный закон, защищающий граждан от действия executive orders. Президент США при этом может наложить вето на предложенный конгрессом закон. Домрин объясняет: «Трамп скажет: вы приняли закон, а мои юристы говорят, что он антиконституционный, я не буду его подписывать».

При Белом доме есть своя команда юристов, готовая помочь Трампу.

Главным юрисконсультом администрации президента является Дональд Макган — давний сторонник Трампа. В 2015 году Макган предотвратил попытку исключить будущего президента из праймериз Республиканской партии Нью-Гемпшира.

Конгресс может преодолеть вето, если при повторном голосовании наберется 2/3 голосов «за» в каждой из палат. В качестве примера преодоления вето Домрин приводит случай из российской практики.

В конце 1994 года тогдашний президент России Борис Ельцин пообещал вернуть культурные ценности, вывезенные из страны во время Второй мировой войны, Германии, однако парламент оказался против. В 1998 году, преодолев президентское вето, парламент принял федеральный закон «О культурных ценностях, перемещенных в Союз ССР в результате Второй мировой войны и находящихся на территории Российской Федерации». Согласно этому закону, перемещенные после Второй мировой войны культурные ценности, оставшиеся в России, были и являются ее национальным достоянием. Ельцин отказался подписывать этот закон. Добиться от президента подписания удалось только через конституционный суд.

«В США такой практики нет — у них единственное, что есть, это карманное вето, но оно действует, только когда до конца сессии остается меньше дней, чем необходимо президенту на принятие решения и рассмотрение закона, — говорит Виноградов. — Чтобы американский президент просто ничего не делал и игнорировал предложение? Это не в правовой культуре американских президентов — действовать вне рамок конституции. Даже напрямую игнорируя нормы конституции. Если бы такое случилось, это был бы вызов».

Домрин, в свою очередь, напоминает о том, что конгресс может начать процедуру импичмента, однако для этого ему нужны будут веские основания. За всю историю США конгресс страны трижды инициировал процедуру импичмента, однако ни разу она не была осуществлена.

«Единственная возможность остановить Трампа — это просто его физическая ликвидация, убийство», — считает эксперт.