Слушать новости
Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

В мире

Портрет китайского правозащитника Лю Сяобо около представительства Китая в Гонконге, 13 июля 2017 года
Портрет китайского правозащитника Лю Сяобо около представительства Китая в Гонконге, 13 июля 2017 года
Bobby Yip/RTeuters

Смерть за свободу Китая

Умер Лю Сяобо, единственный китайский лауреат Нобелевской премии мира

Отдел «Политика»

В возрасте 61 года от рака умер Лю Сяобо — единственный китайский лауреат Нобелевской премии мира. На Западе его называли пламенным борцом за свободу, китайские власти считали предателем. Этот идеологический спор двух систем и определил всю судьбу Лю Сяобо, который провел более 10 лет в тюрьме и закончил свой век, отбывая срок за подрыв государственных устоев.

Китайский правозащитник и лауреат Нобелевской премии мира Лю Сяобо скончался в больнице Шэньяна от рака печени, сообщило Reuters 13 июля со ссылкой на администрацию города.

О том, что диссидент смертельно болен, китайские власти официально объявили 31 мая. 26 июня Лю Сяобо срочно перевели из тюрьмы в клинику Шэньяна. 9 июля туда были приглашены врачи-онкологи из Германии и Соединенных Штатов для проведения обследования и консультации.

Из-за ухудшения состояния пациента команда из восьми китайских врачей, наблюдающих Лю Сяобо, приняла решение прекратить инвазивную терапию и остановиться на поддерживающей. К моменту смерти диссидента его готовились перевезти для лечения за рубеж. Несмотря на то что Лю в Китае считался опасным подстрекателем против основ государственной власти, официальный Пекин не мог не учитывать значение этой фигуры для международной общественности.

В национальных СМИ КНР сведений о состоянии Лю Сяобо практически не было. Информацию о здоровье правозащитника можно было найти разве что в гонконгских изданиях, сохраняющих относительную независимость от официального Пекина.

Представитель правозащитной организации Amnesty International Патрик Пун, который был лично знаком с китайским правозащитником, заявил: «Лю показал печальную правду о том, каково быть политическим диссидентом в Китае. Мы всегда будем помнить его».

«Высокомерие, жестокость и бессердечность китайских властей шокируют, но борьба Лю за права человека и демократию в Китае продолжится», — цитирует директора организации Human Rights Watch в Китае Софи Ричардсон издание TIME.

Теньчи Мартин-Ляо, близкий друг Лю Сяобо, рассказал в беседе с британской The Guardian: «Я ненавижу это правительство. Я в ярости, и множество людей разделяют мои чувства. Это не просто печаль — это гнев. Как может режим таким образом относиться к такому человеку, как Лю Сяобо? У меня нет слов, чтобы описать это».

Хотя его взгляды поддерживает лишь небольшая часть интеллигенции, человеческую трагедию Лю не отрицает никто, считает главный научный сотрудник Института Дальнего Востока РАН Александр Ломанов.

«Китайская власть не кровожадна, и страдания Сяобо никому в партии были не нужны. Но правозащитника подвела его слава на Западе, подвела широкая огласка его деятельности и его трудов, — говорит эксперт. — В Китае предлагать можно все, что угодно, но не публично».

«Если бы всю эту шумиху вокруг Лю замолчали, его могли бы отпустить по УДО, могли бы допустить выезд за границу для лечения, — считает эксперт. — Но давление Запада загоняет китайскую власть в угол, из-за чего она вынуждена идти на принцип».

«Китай совершил ошибку, отправив Лю Сяобо за решетку», — считает руководитель Школы востоковедения НИУ ВШЭ Алексей Маслов. По его словам, до инцидента с Лю Сяобо всех китайских «диссидентов» просто отпускали за рубеж, где они мирно растворялись в европейском социуме, не вызывая тем самым какой-либо реакции со стороны Запада.

«Лю Сяобо стал всего лишь поводом для Запада выступить с критикой Китая, показав тем самым руководству КНР, что критика не будет прекращена ни при каких обстоятельствах», — уверяет эксперт.

«Сяобо запомнится в Китае как предатель национальных интересов, а на Западе как борец за свободу. Но в то же время он был смелым человеком, не боявшимся открыто указывать на проблемы китайского общества, подойти к решению которых рано или поздно все же придется», — рассуждает собеседник «Газеты.Ru».

«Он был мечтателем, имевшим особый взгляд на развитие Китая. Лю так и не сыскал массовой поддержки своих идей на родине. В конечном итоге он — всего лишь заложник борьбы двух противоположных систем», — добавил Маслов.

После того как у китайского диссидента диагностировали рак, международные правозащитные организации начали выступать с требованиями немедленно освободить Лю Сяобо и предоставить ему возможность получать лечение за границей.

«Лю Сяобо — вдохновляющий деятель, единственное преступление которого состоит в том, что он говорил правду властям. Он не должен был провести ни единого дня в заключении, это несправедливость, еще более трагичная ввиду того, что его рак не был диагностирован прежде, чем болезнь прогрессировала до неизлечимой стадии», — заявил генеральный секретарь Amnesty International Салил Шэтти 5 июля.

Однако считать Лю невиновным нельзя, полагает Александр Ломанов. «В работах Сяобо действительно были заложены мины в суверенитет Китая», — говорит эксперт.

Феномен Лю

Будущий нобелевский лауреат Лю Сяобо родился в 1955 в городе Чанчунь провинции Гирин на севере Китая. Он рос в семье интеллектуалов — отец мальчика был профессором, который еще и подвергался гонениям в ходе развернутой Мао Цзэдуном «культурной революции».

Сын пошел по стопам отца — начав свое обучение в родной провинции в 1977 году, уже в 1988-м Сяобо защитил докторскую диссертацию по литературе.

Китайский поэт Бэй Лин, хорошо знакомый с Лю лично, писал, что уже тогда он был «белой вороной» — коллеги избегали его и осуждали за радикальные мнения и резкие комментарии к официальным доктринам и учреждениям.

Первая книга Лю, опубликованная в 1987 году, стала бестселлером. Научный труд «Критика выбора: диалоги с Ли Цзэхоу» стал вызовом популярным среди китайской интеллигенции идеологическим взглядам современного китайского философа профессора Ли Цзэхоу, разработавшего концепцию «постмарксистского конфуцианства».

Убеждения Лю потрясали как литературное, так и академическое сообщество Китая, его влияние на взгляды интеллигенции КНР заслужило собственного названия — «Феномен Лю Сяобо».

Получив докторскую степень, Лю Сяобо покинул Китай, начав преподавательскую деятельность в ведущих университетах мира. Особенно часто он посещал США и Норвегию, о чем китайские власти не забудут вспомнить, когда развернут против него пропагандистскую кампанию в СМИ.

Лю Сяобо вернулся в Китай из США во время протестов на площади Тяньаньмэнь в 1989 году. Он отстаивал права протестующих, выступая при этом за ненасильственный протест — Лю и еще трое активистов организовали двухдневную голодовку, чтобы показать студентам альтернативные способы борьбы.

За ненасильственные акции протеста и призывы к студентам покинуть площадь во избежание жертв Сяобо заработал себе имя и стал известен как один из «четырех благородных мужей Тяньаньмэнь».

Вместе с народной славой началась и реальная конфронтация с властями — Лю был арестован и уволен из университета, в правительственных СМИ началась травля профессора, которые называли его «бешеной собакой» и теневым руководителем протеста, организованного с целью свержения народной коммунистической власти. Уже четыре вышедших на тот момент книги Лю были запрещены к публикации, продолжая свою жизнь лишь на Тайване и за рубежом.

Полтора года спустя после ареста Лю предъявили обвинения в «контрреволюционной пропаганде и подстрекательстве», однако освободили из-под стражи за его вклад в мирное урегулирование конфликта.

Китайского диссидента неоднократно призывали к эмиграции, однако Сяобо не желал покидать Китай и продолжал публицистическую деятельность, которую власти КНР воспринимали как политическую.

В 1995 году Лю снова был арестован за организацию приуроченной к шестой годовщине трагедии на Тяньаньмэнь петиционной акции, целью которой было сподвигнуть власти КНР переосмыслить события на Тяньаньмэнь и провести реформу политической системы.

Отпущенный в начале 1996 года, Лю пробыл на свободе чуть больше полугода, после чего из-за публикации, в которой выступал за мирное урегулирование тайваньского вопроса, снова был осужден за «нарушение общественного порядка».

Отбывая наказание в трудовом лагере, Лю встретил свою будущую жену Лю Ся, на которой он там же и женился. В будущем Лю Ся станет единственным связующим звеном нобелевского лауреата с внешним миром.

Китайская хартия вольностей

Венцом антиправительственной деятельности Лю стал манифест, известный как «Хартия-08». Первоначально подписанный более чем 350 китайскими интеллектуалами и правозащитниками, он был опубликован 10 декабря 2008 года, в 60-летие Всеобщей декларации прав человека.

Название манифеста и его стиль перекликаются с выпущенной чехословацкими диссидентами в 70-х годах прошлого века антисоветской «Хартией-77».

После публикации «Хартию» Лю Сяобо подписали от 8 до 10 тысяч этнических китайцев внутри и за пределами КНР.

Манифест призывал к изменениям в политической системе Китая, которая, как считает Лю, «стала столь отсталой, что перемен больше нельзя избегать». Он рьяно осуждал тот факт, что КНР является единственной крупной державой в мире, в которой сохраняется авторитарная система управления.

«Было провозглашено, что в «Новом Китае», возникшем в 1949 году, «народ является сувереном», но на деле была создана система, при которой «Партия всевластна», — гласит текст преамбулы.

Всего «Хартия» содержала в себе 19 требований, среди которых внесение поправок в конституцию КНР, создание системы выборности должностных лиц, превращение Китая в федеративную республику и построение по-настоящему социального государства.

«Хартия-08» вызвала широкий резонанс во всем мире — ее поддержали западные правительства и пресса, многие неправительственные организации и международные деятели, в числе которых и далай-лама XIV.

Однако о такой широкой поддержке своих идей Лю узнает уже из-за решетки — его арестовали еще даже до публикации «Хартии» в интернете.

В 2009 году его осудили на 11 лет за «подстрекательство к подрывной деятельности против государственной власти». Однако на этот раз за его судьбой наблюдал весь мир.

В 2010 году Лю Сяобо стал первым гражданином КНР, который был удостоен Нобелевской премии мира «за длительную ненасильственную борьбу за фундаментальные права человека в Китае».

Нобелевская премия войны

Вручение Нобелевской премии мира спровоцировало громкий международный скандал. МИД КНР заявил, что такой жест противоречит самой сути премии, которая была создана в целях укрепления мира и дружбы между всеми народами и нациями. Китай немедленно заморозил дипломатические отношения с Норвегией, где состоялась церемония.

При вручении Нобелевской премии мира на церемонии отсутствовали послы 18 стран, в том числе и России, хотя официально это было объяснено загруженным графиком отечественных дипломатов.

Отсутствовал и сам г-н Лю, и члены его семьи. О вручении премии он узнал от своей жены, когда та посетила его в тюрьме. После этой встречи Лю Ся фактически попала под домашний арест — к ней не пускают журналистов, ее перемещения ограничены, а телефонные звонки и выход в интернет подвергаются жесткому контролю.

Адвокат Сяобо, юрист из американской правозащитной организации Freedom Now Бет Шванке, присутствовала на той встрече. По словам адвоката, Лю плакал, узнав о награде, которую посвятил всем жертвам трагических событий на площади Тяньаньмэнь.

В КНР новостные сообщения о Нобелевской премии подвергались жесткой цензуре, в СМИ развернули кампанию против Сяобо, вспоминая самые неприглядные его высказывания и обвиняя в предательстве нации.

Китайские блогеры, в том числе молодые, часто перепечатывают наиболее яркое высказывание Лю, придерживающегося прозападных взглядов.

В интервью для гонконгских журналистов, отвечая на вопрос, сколько времени потребуется Китаю для реформации политической системы, Лю ответил: «300 лет в качестве западной колонии».

Он аргументировал это примером Гонконга, бывшего английской колонией на протяжении века и сейчас приближенного к политическим стандартам западных стран намного больше, чем материковый Китай.

«Меня не волнует, называете ли вы меня предателем или нет. Если вы говорите, что я предатель, то так и есть», — цитируют слова Лю в китайских соцсетях, предпочитая игнорировать ту часть фразы, где Лю то же самое говорит про патриотизм.

До своих последних дней правозащитник утверждал, что не прекратит свою борьбу, потому что «нет никакой силы, которая бы остановила потребность человека в свободе».

Помнить о Мао

Хотя Сяобо и писал, что реформу политической системы Китая нельзя больше откладывать, на самом деле ситуация намного более противоречива, считает Александр Ломанов из Института востоковедения РАН.

Китай скорее развалится от отказа от однопартийной системы, чем от реформы, и события 1989 года только подтверждают это мнение.

«Этому конфликту не 10 и даже не 20 лет, — рассуждает Ломанов. — Споры о правах человека велись в Китае уже сто лет назад, еще до прихода коммунистов к власти. Однако сегодня у политической оппозиции нет конкретных предложений — только претензии».

В конечном итоге борьба Лю не привела ни к чему, кроме его срока и конфронтации китайской власти с западными странами. К власти пришел Си Цзиньпин — намного более авторитарный лидер, чем посадивший правозащитника Ху Цзиньтао.

При нынешнем руководстве свобод в Китае больше не станет, уверяет Ломанов. Си Цзиньпин учится на ошибках СССР, и он не допустит какой-либо критики в сторону властей.

При Си Цзиньпине впервые со времен Дэна Сяопина стала невозможна критика Мао Цзэдуна.

Лидер китайской нации строит политику «непротивопоставления двух» — он уверен, что критика тоталитарного Китая Мао недопустима, ведь без этого периода не были бы возможны реформы открытости. 


В системе ценностей Си Цзиньпина авторитарный Китай Мао Цзэдуна и экономически либеральный Китай Дэн Сяопина — две части одного целого, дополняющие друг друга. При таком лидере какая-либо публичная критика власти невозможна и воспринимается как предательство национальных интересов.

«До середины следующего десятилетия идеи Сяобо не имеют ни единого шанса на то, чтобы воплотиться в жизнь», — сказал эксперт.