Слушать новости
Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

В мире

Пограничная ситуация: что мешает заключить договор с Эстонией

Прослушать новость
Остановить прослушивание

Пушков призвал МИД Эстонии назвать условия ратификации пограндоговора

В Эстонии заговорили о готовности сделать первый шаг на пути к ратификации пограничного договора с Россией, который не могут заключить почти 27 лет. В Таллине уверены, что стороны должны идти рука об руку в этом процессе. Однако в эстонском парламенте продолжают говорить об «оккупации» территорий республики со стороны России и требовать включения положений Тартуского договора в соглашение.

Власти Эстонии могут сделать первый шаг в вопросе ратификации пограничного договора с Россией и объявить о готовности начать этот процесс. Как сообщила глава МИД республики Эва-Мария Лийметс, в этом вопросе требуется воля обеих сторон, поскольку соглашение должно быть ратифицировано в парламентах как Таллином, так и Москвой.

«Чтобы надеяться на какой-либо прогресс здесь, Эстония может сделать первый шаг и сказать, что Эстония к этому готова. Далее важно, чтобы процесс шел рука об руку с российской стороной. Спекулировать, каким будет ответ, я бы сегодня не стала, но надеюсь, что они [Россия] также заинтересованы в этом», — добавила министр.

Как заявил в беседе с «Газетой.Ru» председатель комиссии Совфеда по информационной политике и взаимодействию со СМИ Алексей Пушков, заявление эстонского министра требует расшифровки его смысла, без этого оно мало что означает.

«Эстония должна пояснить, на каких условиях они хотят сделать первый шаг, будут ли они сопровождать это предложениями вернуться к договору, включив как предмет обсуждения Тартуский мирный договор, или они хотят сопроводить свою ратификацию какими-то заявлениями с его упоминанием», — указал сенатор.

Стороны не могут договориться о линии эстонско-российской государственной границы почти 27 лет. Впервые согласовать этот вопрос удалось в 2005 году, но ратификацию соглашение не прошло, поскольку эстонские депутату решили включить в преамбулу упоминание о Тартуском мирном договоре — соглашение от 1920 года с РСФСР, по которому Эстонии отошла часть Псковской губернии и территории на правом берегу реки Нарова (ныне части Псковской и Ленинградской областей).

В Москве не раз отмечали, что данный договор прекратил свое действие с момента вхождения Эстонии в СССР в 1940 году. В итоге в 2014 году стороны согласовали новый документ о госгранице, отдельно отметив отсутствие территориальных претензий друг к другу, но и он до сих пор не был ратифицирован парламентами обеих стран.

Эстонский тупик

Сопротивление в вопросе ратификации нового соглашения опять-таки оказали эстонские депутаты, вернувшие на повестку дня вопрос о Тартуском мирном договоре, несмотря на официальное заявление президента Эстонии и МИД страны об отсутствии территориальных претензий к России. По сути, это требование вкупе с общей антироссийской риторикой со стороны эстонского парламента создают главное препятствие для окончательной ратификации соглашения.

С точки зрения Алексея Пушкова, который возглавлял комитет Госдумы по международным делам с 2011 по 2016 год, серьезный шанс достичь прогресса в этом процессе был в 2012-2013 годах, когда парламентская делегация из Эстонии приезжала в Москву.

«Мы тогда достигли предварительной договоренности, что ратификация пограничного договора произойдет без упоминания эстонской стороны Тартуского мирного договора и отсылок к этому документу. Тогда главой комиссии комитета по международным делам парламента Эстонии был Макро Михкельсон, и мы даже подумывали организовать одновременную ратификацию. Чтобы в тот день, когда договор будет ратифицирован в парламенте Эстонии, он был ратифицирован и в российском парламенте. Таким образом снимался бы вопрос о том, кто первый, а кто второй ратифицирует документ», — отметил сенатор.

В тот момент было максимальное приближение к договору между Россией и Эстонией, продолжил Пушков, однако после этого международная ситуация серьезно усложнилась — сначала у России возникли разногласия с западными странами вокруг Сирии, а потом начался украинский кризис.

«Вместо того чтобы довести соглашение до конца, эстонская сторона начала выступать с рядом враждебных России заявлений, что испортило созданную усилиями обеих стран атмосферу. Это сделало ту договоренность, которой мы достигли, неактуальной, и фактически с того момента по парламентской линии никакого диалога по этому поводу нет.

А исполнительная власть Эстонии начала педалировать связку между Тартуским мирным договоров и новым договором по границе, на что российская сторона идти не готова»,

— подчеркнул сенатор.

Негативный фон

Высказывание Эвы-Марии Лийметс о готовности Таллина сделать первый шаг в этом вопросе выглядит несколько противоречивым, поскольку спикер Рийгикогу (эстонского парламента) Хенн Пыллуаас еще в начале 2021 года объявил, что Тартуский мирный договор продолжает действовать.

«2 февраля мы отметили столетие со дня подписания Тартуского мирного договора, которым Россия признала независимость и неприкосновенность Эстонии. Тогда была согласована граница между Эстонией и Россией, которая в соответствии с международным правом действует и сегодня», — отметил председатель парламента.

А год назад Пыллуаас указывал, что правящая коалиция не станет давать ход ратификации пограндоговора с Россией. По его мнению, Москва якобы аннексировала 5% эстонской территории, и отказ Таллина от них повлечет серьезные последствия.

«Во-первых, мы аннулируем Тартуский мирный договор. В связи с этим аннулируется и наша правопреемственность, что означает автоматическое изменение состава наших граждан и т.д. Это исключительно опасный путь», — подчеркивал спикер.

В подобных условиях неясно, о каком именно первом шаге со стороны Эстонии говорили в МИД республики.

«Россия считает, что документ должен быть подписан и ратифицирован без какого-либо упоминания Тартуского мирного договора. Если Эстония продолжит настаивать на включении этого документа, то никакого изменения их позиции не наблюдается.

В обратном случае они должны дать понять, что они готовы рассматривать эту проблему иначе», — резюмировал Алексей Пушков.