Размер шрифта
А
А
А
Новости
Размер шрифта
А
А
А
Газета.Ru в Telegram
Новые комментарии +

Кризис с инфляцией против мозга с жуками

Обзор книг «естественной» части шорт-листа премии «Просветитель»

Почему в современной физике — кризис, что ученые узнали об инфляции — но не финансовой, а космологической, почему мозг требует алкоголя или порочных связей и сколько в России существует жуков — это можно узнать, прочитав книги «естественной» части шорт-листа премии «Просветитель», что и сделал корреспондент «Газеты.Ru».

В «естественной» части короткого списка премии научно-популярной литературы «Просветитель» присутствуют четыре книги, каждая из которых достойна главного приза. Интересно, что каждая книга из этой четверки рассказывает о вещах, вроде бы хорошо известных, но каждая из них благодаря подаче и массе неизвестных деталей читается взахлеб.

Геннадий Горелик. «Кто изобрел современную физику? От маятника Галилея до квантовой гравитации»

Первый из претендентов в коротком списке на премию — физик-теоретик, историк науки Геннадий Горелик — прошелся в своей книге по всем ключевым этапам становления фундаментальной науки и попытался проанализировать, что приводило к появлению каждого из этих этапов. Начинает он с Галилея, который и стал по-настоящему отцом той физики, которую мы знаем сегодня. Чтобы проверить или опровергнуть умозрительное заключение Аристотеля о том, что тела падают на землю тем быстрее, чем выше их масса, Галилей, вопреки распространенному мифу, ничего не бросал с Пизанской башни, он воспользовался наклонной плоскостью, что сделало придуманный им эксперимент более наглядным и куда лучше поддающимся измерениям. Галилей вводил новые физические понятия, придавал большое значение экспериментальной проверке теоретических выводов – все это и дало начало фундаментальной физике, царствующей на планете уже четыре века.

Далее следует история следующих этапов – с Ньютоном, Максвеллом, Планком, Эйнштейном, Бором и целой плеядой прочих отцов квантовой механики, таких, например, как великий Ферми и великий Паули.

Не забыты и наши соотечественники, уже из прошлого века – Гамов, Фридман, Ландау, сгинувший в Гулаге Бронштейн…

Драмы идей в этой книге тесно переплетаются с драмами людей, их породивших.

Показалось, что среди всей этой плеяды Горелик особо подчеркивает значение Джеймса Клерка Максвелла, создавшего уравнения электродинамики, по крайней мере, он уделяет ему не меньше, а то и больше внимания, чем Эйнштейну, и приводит слова о нем Ричарда Фейнмана: «Когда из будущего, скажем через десять тысяч лет, будут смотреть на историю человечества, самым значительным событием в девятнадцатом веке несомненно сочтут открытие Максвеллом законов электродинамики. На фоне этого научного открытия Гражданская война в Америке в том же десятилетии поблекнет до периферийной незначительности».

По ходу повествования Горелик предлагает свою версию на один из вечных вопросов фундаментальной физики – почему она (физика) родилась именно в Европе, а не в Китае или в странах Азии, где тогдашний уровень цивилизации конкурировал с европейским и даже превосходил его?

Ответ поразителен и прост – потому что, считает автор, если фундаментальная физика где и могла родиться, то только в христианском мире, поскольку только «библейский код», разрешающий подобное любопытство, мог стимулировать ее появление. Автор, судя по всему, уверен в своем выводе, но желающим поспорить предлагает найти другое решение.

Заканчивается все грустно.

Горелик упоминает множество публикаций последних лет, где фундаментальной физике с ее теоретическими предсказаниями и экспериментальными подтверждениями после четырех веков триумфа предрекается неизбежный конец.

Он признает, что ей в ее сегодняшнем понимании действительно приходится туго, и объясняет сложившуюся ситуацию перепроизводством физиков – дескать, ждать крупных идей от них нечего, как нельзя ждать, что девять беременных женщин, собравшись вместе, родят младенца за один месяц. И все же он оптимистично считает, что это не конец, а лишь начало какого-то нового витка, витка «постфизики».

Горелик не употребляет слова «прорыв», хотя, похоже, предполагает что-то именно в этом роде...

Борис Штерн. «Прорыв за край мира»

...а вот Борис Штерн вынес это слово аж в название книги — «Прорыв за край мира». В этом издании речь идет опять же о физике, правда, только о том, что происходит в ее астрофизическом сегменте.

Борис Штерн — человек, счастливо соединяющий в себе две ипостаси – профессионального астрофизика и профессионального журналиста (он — главный редактор газеты «Троицкий вариант — Наука»), решил написать книгу о последнем столетии, которое стало ключевым в развитии современной космологии. Хотя книга скорее воспринимается в основном как рассказ о нескольких годах, предшествующих ее созданию.

Эти годы оказались самыми бурными, прорывными.

«И прорыв еще не завершен, — пишет Штерн. — Пока писалась эта книга, события продолжали разворачиваться прямо на глазах, появлялись новые важные данные, и автору приходилось вставлять постскриптумы и примечания».

Собственно, целью было не столько показать читателю разворачивающуюся картину мира, сколько рассказать, в каких условиях она разворачивается, как, собственно говоря, происходит научный поиск — с ошибками, внезапными прозрениями, истерическим ожиданием результатов, триумфами, поражениями и постоянными сомнениями…

Главной изюминкой книги Штерна можно назвать его многочисленные интервью с живыми участниками событий, а главное действующее лицо здесь – космологическая инфляция, то самое раздувание, которое началось, когда после Большого взрыва прошло 10-35 секунд, и которое в конце концов привело к появлению галактических скоплений и ячеистой структуре Вселенной.

Иногда эти интервью читаются как самые настоящие триллеры, разве только что без убийств.

Автор рассказывает о том, как все это связано (или не связано?) с гравитационными волнами, таинственной темной материей и прочими загадочными необъяснимостями Вселенной.

Любопытен введенный в книгу сюжет о жителях спутника Юпитера Европы, обреченных жить в воде под толстым слоем льда. Это история в пародийном стиле а-ля Жюль Верн, рассказывающая о том, в каких условиях приходится бедным европцам познавать окружающий их мир и соответственно прощаться со старыми мифами. Вставочка не только забавная, но в то же время и поучительная.

Особенностью этой книги Бориса Штерна можно назвать то, что он слишком уважительно относится к своим предполагаемым читателям, будучи уверен, что они все еще помнят школьный курс физики, и потому не видит смысла ударяться в слишком подробное объяснение новых или хорошо забытых терминов.

Сделано это намеренно, автор сам предупреждает о возможных сложностях, и там, где невозможно обойтись без самых примитивных формул и графиков, он без них и не обходится, и сам предупреждает: если сложно, опустите эти две главы, мол, их можно опустить, правда, доказанным там утверждениям придется верить на слово.

Но даже эти усложнения не делают менее ошеломительным его рассказ об идущем прорыве в астрофизике.

Ася Казанцева. «Кто бы мог подумать? Как мозг заставляет нас делать глупости»

Еще одна книга из короткого списка премии — теперь уже биолога и журналиста Аси Казанцевой — полностью соответствует своему сложному названию «Кто бы мог подумать? Как мозг заставляет нас делать глупости» и рассказывает о молекулярных, эволюционных и прочих истоках всех тех подлостей, которые иногда совершает над нами мозг. Иначе говоря, речь там идет о вреде курения, алкоголизма и более крутой наркомании, о стрессах и депрессиях, об ожирении, сексе и моногамии – словом, обо всем том, что уже тысячи раз читано и перечитано.

Однако сдержать раздраженный зевок приходится уже в самом начале прочтения – книга написана увлекательным языком, иногда даже просто лихо, причем написана без оглядки на укоренившиеся стереотипы, с честностью настоящего ученого, настоящего журналиста и максимально искреннего человека. Это подкупает и заставляет с интересом читать о том, как с точки зрения нейрофизиологии разные там молекулы, пептиды, гормоны, феромоны, бактерии и прочее и прочее заставляют нас неприятным образом менять свое поведение и каким именно образом они это делают.

Интерес этот безусловно вызван тем, что автор пишет о том, что ему интересно на самом деле, а будучи журналистом, умеет добиваться, чтобы и читателю интересно стало.

Один из таких приемов – внутренняя, возможно, подсознательная убежденность самого автора в том, что любой общепризнанный тезис надо подвергать сомнению. Лично для себя автор заметки называет этот принцип «Вовка, главное – ошарашить». Главное, чтобы ошарашивать не осознанно, а в силу характера. Именно этот принцип, похоже, свойствен Асе Казанцевой. Именно поэтому поначалу она даже не слишком порой и возражает против курения, пьянства, обжорства или, там, случайных связей – каждому из этих пороков есть разумное биохимическое или эволюционное объяснение, у каждого яда есть свое лекарственное воздействие и т.д.

Затем, перечисляя стоящие за всем этим биохимические механизмы, рассказывая о множестве различных, иногда забавных, иногда парадоксальных исследований, приходит к неизбежному выводу о вреде всего этого и уже с научной точки зрения рассказывает, как можно избавиться от порока и насколько это возможно при современном состоянии медицины.

Вероятно, думая именно об этом свойстве книги Аси, один из членов жюри филолог Виктор Сонькин, лауреат премии 2013 (у них там такое правило – гуманитарные книги оценивают естественники, и наоборот), сказал: «Книга написана в большой степени провокационно. Это явное намерение автора. И это для просветительской книжки, на мой взгляд, огромное достоинство».

Многие комментаторы с восторгом говорят о легком языке и потрясающей научной корректности текста этой книги. Но это, так сказать, восторги на фоне «желтого» научпопа – несомненно, подобное сочетание должно быть непременным атрибутом любой книги, рассчитанной на широкую аудиторию, тем более, книги просветительской направленности. Правда, дается это, как ни странно, далеко не всегда и не всем.

Ижевский C.С., Лобанов А.Л., Соснин А.Ю. «Жизнь замечательных жуков»

Завершает список финалистов книга коллектива авторов под названием «Жизнь замечательных жуков». Про легкий язык, которым она написана, и про ее абсолютную научную корректность говорить как-то даже и не смешно: трио авторов книги (профессор Московского государственного университета леса Сергей Ижевский, ведущий научный сотрудник Зоологического института РАН в Санкт-Петербурге Андрей Лобанов и кардиолог Александр Соснин, возглавляющий в Ярославле частную клинику, с детства влюбленный в науку о жуках — колеоптерологию — и освоивший для этого искусство макрофотографии) в своей области разбирается исключительно профессионально и вдобавок пишет о любимом предмете. Потому это получается легко, увлекательно и понятно.

Работа над этой книгой длилась два года.

Энциклопедии, конечно, не получилось, да это, пожалуй, и невозможно – она получилась бы чересчур объемной.

Жуки живут на Земле уже 300 млн лет и за это время сумели очень хорошо приспособиться к ее условиям – сегодня известно более 170 семейств этих жесткокрылых. Из них авторы описали только 28 семейств, а из 13 370 видов жуков, обитающих в России, отдельных статей удостоились только 50. Это самые вредные, самые полезные и самые интересные жуки, о которых сообщается не только ставшая классической информация, но и сведения, полученные из малоизвестных источников, свежих исследований и из личного опыта авторов. Интереснейшие тексты в сочетании с шестью сотнями фотографий, сделанных не только самими авторами, но и целой плеядой замечательных макрофотографов (их собирали для книги, что называется, всем миром) вывели это издание на уровень знаменитых изданий Брэма.

Правда, как это порой случается с хорошими книгами, ее судьба была непростой. Издательство, согласившееся выпустить и распространить книгу, внезапно отказалось от этого, так что авторам пришлось публиковать тысячный тираж за свои деньги, вдобавок возникли серьезные проблемы с распространением. Команда создателей книги очень обрадовалась известию о том, что «жуки» номинируются на премию «Просветитель» — возможно, само ее участие в конкурсе облегчит навалившиеся на них проблемы.

Загрузка