Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

История

Генерала схватили в шкафу: как победила Исламская революция

Как победила Исламская революция 11 февраля 1979 года

40 лет назад сторонники аятоллы Хомейни провозгласили в Иране победу Исламской революции. Поворотным моментом стал захват вооруженными повстанцами ключевых объектов в Тегеране и отказ армии от противостояния. «Газета.Ru» рассказала в историческом онлайне о событии, радикально изменившем политическую обстановку на Ближнем Востоке.

Таким был решающий день Исламской революции, по ходу которого вооруженным повстанцам удалось захватить полицейские участки, воинские части и другие ключевые объекты Тегерана. Военный совет армии выпустил специальное обращение, в котором объявил о нейтралитете и отказе от противостояния. Сторонники аятоллы Хомейни разогнали старое правительство и праздновали полный успех. «Газета.Ru» завершает свой рассказ о событиях 11 февраля 1979 года, кардинально изменивших военно-политический расклад на Ближнем Востоке.

аятолла Хомейни, 1963 год
AP

Согласно официальным данным, 10-11 февраля тегеранские больницы зарегистрировали 216 убитых и 833 раненых.

Мемориальный комплекс Хомейни в Тегеране
РИА "Новости"

Назначенный Хомейни новый премьер Мехди Базарган выступает по ТВ.

«Дорогие соотечественники! Поскольку за эти дни у меня было много дел, то разрешите прочесть мое обращение по записи. Я счастлив поздравить иранский народ-победитель, всех мусульман Ирана с еще одной победой. В сложной революционной освободительной борьбе Высший совет армии заявил о нейтралитете иранской армии. Генералы выразили полную поддержку всех чаяний народа. Начальник Генерального штаба армии при встрече со мной сообщил о намерении сотрудничать с моим временным правительством. Пользуясь случаем, поздравляю всех офицеров и солдат с тем, что они еще ранее объявили о своей солидарности с народным движением и пошли за вождем нашей революции, встали в ряды народа и внесли свой вклад в эту победу. Я обращаюсь к народу с просьбой не нападать на солдат, возвращающихся в гарнизоны. Я хочу разъяснить всем соотечественникам и славной молодежи, что поскольку аятолла Хомейни назвал армию неотъемлемой частью народа и братьями, то воздержитесь от захватов и поджогов военных объектов и сил безопасности. Снимите окружение с Генерального штаба, но охраняйте здания и сооружения армии, а также все государственные здания и имущество, которое теперь принадлежит народу. Не допускайте, чтобы подрывные элементы наносили ущерб. Сотрудничайте с новым правительством и оказывайте содействие его деятельности, — заявляет он.

Начинает работу революционное телевидение. Перед выступлением диктора на экране в цветном изображении крупным планом были показаны гвоздики как символ революции. Самый популярный в Тегеране диктор Али Хосейни со слезами на глазах объявил о победе революции. Далее он кратко рассказал о борьбе работников телевидения, которую они вели в течение 4 месяцев всеобщей забастовки. Затем один из религиозных деятелей зачитал обращение Хомейни к иранскому народу, идентичное тому, которое было зачитано по радио.

аятолла Хомейни, 1979 год
FY/AP

«Я сидел дома, у меня было радио, телевизор и магнитофон работал, потому что я очень часто записывал сообщения, а потом расшифровывал. Телевидение в Тегеране было совершенно европейским: мужчины в костюмах с галстуками, с платочком в кармане, с женщины с макияжем, с прическами, все как полагается», — рассказывал Ежов в интервью.

Любопытны воспоминания о 11 февраля 1979 года еще одного очевидца событий из СССР, эксперта в аппарате экономического советника советского посольства Георгия Ежова.

«Бои длились весь день с переменным успехом, уже в конце дня 11 февраля у меня вдруг замелькал экран телевизора, затем он на несколько минут погас, снова зажегся, и на экране возникла фигура молодого худощавого человека в черном свитере с высоким воротником, который сказал три слова «энгелаб пируз шод», что означало «революция победила», — писал Ежов в своей статье «Воспоминания об Иранской революции».

Отказавшихся сложить оружие и плененных в результате силовых действий солдат водят по улицам Тегерана. Толпа настроена к ним агрессивно, в военных летят различные предметы, сыпятся оскорбления.

«Я сообщил генералам, что если армия не будет вести боевые действия и присоединится к законному исламскому правительству, то мы будем считать армию неотъемлемой частью народа и будем обращаться с ее солдатами и офицерами как с братьями», — также сказано в обращении Хомейни.

В мемориальном комплексе аятоллы Хомейни в Тегеране
РИА "Новости"

Диктор зачитывает обращение Хомейни к народу.

«Мужественный народ Ирана! Сестры и братья Тегерана! С помощью Всевышнего наша победа близка. Войска отступают. Они заявили о невмешательстве в политические дела и о поддержке народа. Дорогие соотечественники! Будьте бдительными, готовьтесь к обороне, хотя войска и возвращаются в свои гарнизоны. Соблюдайте дисциплину и порядок. Если подрывные элементы прибегнут к поджогам и всякого рода диверсиям, то выявляйте их и не разрешайте им творить свои черные дела. Не нападайте на иностранные посольства. Если армия начнет боевые действия, то дайте ей отпор всеми имеющимися в вашем распоряжении способами», — таков призыв аятоллы к нации.

аятолла Хомейни, 1978 год
AP

В эфире радио исполнен гимн «Эй, Иран!»

Сообщение по радио. «Внимание, внимание, внимание! Говорит истинный голос иранского народа, голос Исламской революции! Радио в руках революционного народа! – провозглашает взволнованный диктор. – Мы, бастовавшие в течение четырех месяцев сотрудники радио и телевидения, призываем всех соотечественников к соблюдению порядка и спокойствия».

аятолла Хомейни, 1979 год
Campion/AP

Капитулируют гарнизон Бегешах и офицерское училище. Здесь тоже захвачено много оружия, часть уходит народу. Раздача производилась по предъявлению документа о прохождении военной службы. После этого владелец оружия давал клятву на Коране, что будет верен народу. Затем повстанец целовал оружие, получал патроны и делал один пробный выстрел в воздух.

Несмотря на приказ Высшего совета армии об уходе армейских частей с улиц города в свои гарнизоны, бои в Тегеране продолжались. Ночью пройдут ожесточенные бои за тюрьму Эвин, расположенную за северо-западной окраине.

Окружены гарнизоны Левизан и Салтанабад, вскоре и они капитулируют.

аятолла Хомейни
Remy De La Mauviniere/AP

Военный губернатор столицы генерал Рахими сопротивляется до последнего, отстреливаясь из полицейского управления. Он сдался только после обстрела здания из крупнокалиберного пулемета. В управлении захватили 107 пленных, в основном генералов и офицеров. Рахими нашли спрятавшимся в шкафу. По свидетельствам очевидцев, он держался хладнокровно и заявил о своей верности бежавшему шаху Пехлеви. Большинство из арестованных, в том числе и Рахими, подвергнут публичной казни.

Революционеры овладевают гарнизоном Каср, штабом Верховного главнокомандующего, военной академией и гарнизоном Джамшидие.

На улицах почти все революционеры снабжены оружием. Среди них и женщины, и подростки, и глубокие старики. Мужчин, конечно, больше всего.

Ребенок с портретом лидера Ирана аятоллы Хомейни во время демонстрации в 33-ю годовщину Исламской революции на площади Свободы в Тегеране.
Андрей Стенин/РИА "Новости"

Распоряжение нового премьера Базаргана: до выборов новых командиров соединений и частей ими будут командовать заместители прежних командиров.

Обстоятельства заставляют отрешенного от власти и покинутого армией премьер-министра Бахтияра бежать. Он скрытно покидает Тегеран: позднее по радио передадут, что глава правительства скрылся в неизвестном направлении. Впоследствии Бахтияр осядет в Париже, где, пережив несколько покушений, в 1991 году все же найдет смерть от рук хомейнистов.

Штаб Верховного главнокомандующего передает себя в распоряжение нового правительства.

У Хомейни уже вовсю празднуют победу. Сам аятолла своим спокойным видом показывает, что события развиваются по плану, а никак иначе и быть не могло.

аятолла Хомейни, 1979 год
FY/AP

Сообщение Высшего совета о нейтралитете армии было передано тогда, когда почти вся столица уже перешла в руки вооруженного народа, а все правительственные учреждения и воинские гарнизоны были захвачены революционерами.

Всем частям и подразделениям дан приказ Высшего совета армии вернуться в свои гарнизоны. В заключении говорилось, что армия Ирана «всегда поддерживает и будет поддерживать свой благородный, мужественный народ».

Это важно! По радио передачи сообщение Высшего совета армии. В нем говорилось, что ВС в составе 50 генералов с 10:30 22 бахмана 1337 года (11 февраля 1979 года) начал чрезвычайное заседание, на котором обсуждается сложившаяся обстановка в стране. Далее в тексте сообщалось, что армия «должна защищать независимость и целостность любимого Ирана». На заседании Высшего совета было принято единодушное решение: чтобы не допустить беспорядков и чтобы не началось еще большее кровопролитие, армия объявляет свой нейтралитет в нынешних политических конфликтах.

Ситуация в Тегеране, 1979 год
Aristotle Saris/AP

Если в 1978 году сборная Ирана дебютировала в финальной стадии чемпионата мира, то от квалификации на ЧМ-1982 отказалась, за что получила дисквалификацию на следующий отбор. Олимпийские игры в Москве-1980 и Лос-Анджелесе-1984 иранцы бойкотировали по политическим мотивам. На Кубке Азии победитель трех последних турниров (1968, 1972, 1976) довольствовался в 1980 году лишь третьим местом. Политика оказалась плотно впутана в футбол, и нанесла его развитию в Иране непоправимый ущерб.

Фанаты сборной Ирана с портретами аятоллы Хомейни на матче национальной сборной в конце 1990-х, справа -- знаменитый бомбардир Али Даеи.
Reuters

К слову, Исламская революция крайне негативно скажется на развитии иранского футбола. Чемпионат сезона-1978/79 остановлен во время беспорядков, и так и не будет доигран. А война с Ираком, которая начнется в 1980 году, заморозит проведение футбольных турниров еще на 10 лет. Лишь в сезоне-1989/90 чемпионат возобновится под названием «Лига Кодс».

Аятолла Хомейни на плакате демонстранта, современность
Reuters

Особенно опасно сейчас находиться на улицах американцам — к ним хомейнисты настроены крайне враждебно, что у них на уме, непонятно. Поэтому те из представителей США, кто не успел эвакуироваться из Ирана, не выходят из своих гостиниц или посольских зданий. К советским гражданам революционеры пока не проявляют никакой агрессии, ведут себя вполне миролюбиво.

Как указывал Калинин, в сложившихся условиях иностранцам было очень сложно эвакуироваться из бунтующей страны.

«В нашей экспедиции осталось 5 человек. И главная задача оставшихся теперь состоит в том, чтобы организовать отправку в Тбилиси около 30 ящиков наработанного материала по проектированию железной дороги Мешхед — Серахс и грузовой станции Астара Иранская. Однако революция парализовала наши усилия, и мы фактически стали невольными пленниками революционных событий. И волей-неволей оказываемся свидетелями событий, происходящих на улицах Тегерана», — констатировал очевидец.

Аятолла Хомейни на иранском риале
Reuters

Фотографии уличных боев в Тегеране появятся на следующий день во всех газетах.

«Есть эффектные снимки подбитых танков на улицах и площадях столицы, фотографии разъезжающих по городу на легковых автомобилях и мотоциклах вооруженных патрулей. Примечательно, что среди патрульных много девушек. Есть снимки захваченных бронетранспортеров, на которых размещены вооруженные революционеры, а их водители — солдаты иранской армии», — отмечал в своей книге советский переводчик Калинин.

Военный губернатор Тегерана генерал Мехди Рахими, преданный свергнутому шаху, имеет в своем распоряжении 30 тысяч гвардейцев, однако не решается задействовать их в полном составе, боясь крови.

По городу распространяется приказ народной армии за номером два. В нем сообщается, что ночью население активно сотрудничало с вооруженными отрядами, однако теперь жителям предлагалось не выходить на улицу из-за опасности случайных потерь. Кто подписывает эти приказы, — неизвестно.

Ситуация в центре Тегерана, октябрь 1978 года
AP

Аятолла направляет письмо американцам, в котором призывает США отказаться от поддержки премьер-министра Бахтияра.

По сути в Иране одновременно действуют два правительства, борьба которых происходит на улицах Тегерана и других городов. Хомейни активно призывает своих сторонников включаться в события и выходить из домов.

Рухолла Хомейни
Thierry Campion/AP

Гарнизон Эшратабада капитулировал перед революционерами после часового боя. Еще до начала перестрелки многие солдаты переоделись в гражданку и бежали в город. Остальные сдались. Под контроль сторонников Хомейни стремительно переходят и другие населенные пункты.

Отправленные из Казвина в столицу две роты солдат для помощи гвардейцам остановлены местными жителями, разрушившими мост на Тегеранском шоссе. Одновременно в Кередже улицы переговорили металлическими балками, чтобы не могли проехать машины и танки.

Ситуация в центре Тегерана, 19 января 1979 года
Aristotle Saris/AP

В городе появляются написанные от руки и размноженные на ксероксе листовки с приказом №1 народной армии. От революционных отрядов требовали не рассеиваться, соблюдать строгую дисциплину, не расходовать для тренировок боеприпасы, не стрелять залпами и в бою с противником действовать группами от трех до девяти человек.

Студенты Тегеранского университета готовят места для размещения раненых. Другие группы учащихся проходят ускоренное обучение метанию бутылок с горючей смесью, ручных гранат и тактике ведения уличных боев.

После многочасового боя огромные районы города перешли в руки вооруженных революционеров и отрядов ВВС, присоединившихся к демонстрантам. Выставлялись сторожевые посты. Чтобы не быть узнанными, бойцы мазали лица сажей или обвязывались платками. Поддержавшие мятеж военные переодевались в гражданскую одежду. Повстанцы были вооружены автоматическими винтовками «М-1», «М-16» и советскими автоматами Калашникова. Тяжелые пулеметы, снятые с захваченных и уничтоженных танков, были установлены в стрелковых ячейках. В отрядах присутствовали и гранатометы.

Захвачен пулеметный завод, атака на который началась еще в 22 часа накануне. Завод охранялся двумя танками и ротой солдат. Революционеры предложили им сдаться, обещая не трогать военных в случае капитуляции. Ответа не последовало. Взломав ворота тяжелыми грузовиками, тысячи людей ворвались в заводской двор. Собранное оружие раздали повстанцам или вывезли в штаб Хомейни.

Аятолла Хомейни на баннере, современность
Reuters

Как свидетельствовал переводчик Калинин, в ночь на 11 февраля Тегеран не спал. Граждане СССР и другие иностранцы следили за перестрелками с верхнего этажа гостиницы.

«Ни вооруженных революционеров, ни армейских подразделений из-за плохой видимости рассмотреть было невозможно, хотя стрельба велась очень интенсивно, — рассказывал в своей книге Калинин. – Как впоследствии выяснилось, первыми объектами, которые блокировали и атаковали вооруженные отряды борцов за народное дело, партизаны и военные отряды народной армии, были полицейские участки, жандармские посты, армейские части, охраняющие правительственные учреждения».

Накануне по радио передали приказ военного губернатора иранской столицы генерала Рахими о введении комендантского часа с 16:30 до 5 утра. Однако, по наблюдениям Калинина, и в 18, и потом в 20 часов город продолжал бурлить.

«Ранее видеть на улицах Тегерана, да еще после объявления военного положения, вооруженных лиц было немыслимым. Из посольства СССР нам позвонили и передали распоряжение посла: «На улицы города никому не выходить!»

Вечером в боях с шахской гвардией было уничтожено несколько танков.

Ситуация на улицах Тегерана, после того как Реза Пехлеви покинул страну, 16 января 1979 года
AP

Уникальные сведения о происходившем в охваченной беспорядками стране оставил советский переводчик Евгений Калинин, трудившийся в проектно-изыскательской экспедиции, проводившей работы для строительства железной дороги Мешхед – Серахс. Свои впечатления он изложил в книге «Исламская революция 1979 года в Иране. Записки очевидца». Еще 10 февраля его удивили пустынные улицы Тегерана и двигавшиеся навстречу постоянно сигналившие автомобили.

«Когда мы вошли в здание министерства дорог и перевозок, я спросил полицейского, моего старого знакомого, что происходит в городе. Он ответил: «В Фаррахабаде всю ночь шли бои. Много раненых. Поэтому из городских аптек туда везут бинты и вату», — писал Калинин.

О том, как бежал шах Пехлеви, можно прочитать по этой ссылке. А в этом материале вас ждет рассказ о прибытии в Иран аятоллы Хомейни.

Реза Пехлеви с супругой в аэропорту Тегерана, перед тем, как покинуть страну, 16 января 1979 года
AP

Кровавое столкновение произошло 9 февраля на восточной окраине Тегерана — Фаррахабаде, когда в резиденцию Хомейни, чтобы выразить аятолле свою солидарность, прибыла группа курсантов авиатехнического училища. Правительство Бахтияра приняло решение проучить мятежников. В ночь на 10 февраля, когда многие курсанты смотрели в гарнизонном клубе фильм о приезде Хомейни в Иран, подразделение шахской гвардии неожиданно атаковало их. Курсанты открыли ответный огонь. Перестрелка длилась более часа. С обеих сторон погибли до 50 человек. Победа осталась за курсантами, на помощь к которым пришли услышавшие стрельбу гражданские. Предполагая, что перестрелка вызвана началом военного переворота, тысячи сторонников Хомейни пришли к его резиденции. Повстанцев обстреливали с вертолетов военные.

Беспорядки в Тегеране, декабрь 1978 год
AP

Премьеру Бахтияру, конечно, было не позавидовать. Назначенный еще шахом Пехлеви в качестве компромиссной фигуры, он рассматривал разрешение Хомейни на въезд в Иран в качестве доброй воли, рассчитывая сохранить свою власть. Однако сразу же был объявлен первым врагом аятоллы. В этой ситуации премьер-министр сделал резкое заявление по радио, которое еще оставалось под его контролем: «Исламская республика для меня во всех отношениях понятие неведомое. Я со всей определенностью заявляю, что не хочу в нашей стране такого режима как шахская диктатура, или что-то вроде нее или такого правления, как в Ливии или Пакистане. Как мусульманин я еще не слышал, чтобы мусульмане вели священную войну против мусульман. Поэтому странно слышать, когда иранец, высокопоставленное духовное лицо, призывает к братоубийству или угрозе братоубийственной войной».

Едва обосновавшись в Тегеране, аятолла, несмотря на солидный возраст, развернул кипучую деятельность. Первым делом он заклеймил премьер-министра Шапура Бахтияра и его правительство, пригрозив им арестом в случае отказа немедленно покинуть страну. 4 февраля Хомейни назначил собственного премьера Мехди Базаргана. Жесткие действия религиозного лидера едва не ввергли истерзанный нестабильностью Иран в состояние гражданской войны. 9 февраля в аэропорту «Мехрабад» произошел крупный бой между хомейнистами и верными правительству Бахтияра гвардейцами. Напряженность очень быстро перекинулась на улицы Тегерана. Стычки между представителями властей и демонстрантами происходили во всех частях города. Сторонники аятоллы захватили полицейские участки и военные части, организовав раздачу оружия гражданским. За происходящим напряженно наблюдали ведущие державы, не имевшие, однако, реальных рычагов воздействия на Хомейни.

Реза Пехлеви во время инаугурации, 1950 год
AP

11 февраля 1979 года сторонники аятоллы Рухоллы Хомейни праздновали победу Исламской революции в Иране. Она далась им непросто: месяцы революционных событий оставили за собой почти 3000 трупов. Десятки тысяч иранцев получили ранения и увечья в стихийных беспорядках и столкновениях с силовиками. Многих бросили в тюрьмы. Кульминация противостояния пришлась на два последних месяца зимы. 16 января из Тегерана бежал шах Реха Пехлеви с супругой, а 1 февраля почитаемый демонстрантами аятолла Хомейни торжественно вернулся на родину после 15-летней ссылки и прозябания в парижском пригороде. «Газета.Ru» рассказывает в историческом онлайне, как Иран окончательно вышел из-под иностранного влияния, и свернул со светской на религиозную модель государственно-политического устройства.

Почитание аятоллы Хомейни в наше время
Reuters