Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Криминал

Игорь Шабалин в Березовском городском суде Екатеринбурга
Игорь Шабалин в Березовском городском суде Екатеринбурга
Антон Буценко/ИТАР-ТАСС

«Смерть» пропала из дела

Сотрудника фонда «Город без наркотиков» Игоря Шабалина освободили в зале суда

Дмитрий Антоненков (Екатеринбург)

Сотрудника фонда «Город без наркотиков» Игоря Шабалина, обвиняемого в незаконном лишении свободы пациенток фонда, в том числе гибели одной из них, освободили в зале суда. Судья вынес неожиданное для всех решение — приговорить Шабалина к ограничению свободы, не связанному с изоляцией от общества. Впрочем, ни сторона защиты, ни обвинение не довольны приговором.

В четверг Березовский горсуд Екатеринбурга вынес приговор Игорю Шабалину, возглавлявшему женский реабилитационный центр «Города без наркотиков». Шабалин стал первым «фондовцем», чье уголовное дело после прошлогодней широкомасштабной атаки свердловских силовиков на наркоборцов-общественников дошло до суда. До начала заседания адвокат обвиняемого Николай Батурский признался «Газете.Ru», что ожидает приговора, связанного с реальным лишением свободы. Сам Шабалин выглядел подавленным. Не проявляя интереса, он ожидал появления судьи, опустив глаза в пол.

Сотрудник фонда «Город без наркотиков» обвинялся по восьми эпизодам по ч. 2 ст. 127 УК (незаконное лишение человека свободы, совершенное группой лиц по предварительному сговору) и одному — по ч. 3 ст. 127 УК (незаконное лишение человека свободы, повлекшее по неосторожности смерть потерпевшего).

По версии обвинения, Шабалин, действуя совместно с вице-президентом фонда «Город без наркотиков» Евгением Маленкиным, с 2011 по 2012 год незаконно лишил свободы девятерых пациенток женского реабилитационного центра.

«В центре была предусмотрена к реабилитантам незаконная система наказаний: помещение в карантин на 27 дней. В случае повторного побега каждый срок пребывания в карантине увеличивался на 27 дней с применением насилия путем принудительной физической фиксации, незаконного применения спецсредств — наручников, которые в соответствии с законом могут применяться только сотрудниками полиции. Кроме того, реабилитантам запрещалось общение с другими людьми, в том числе близкими, даже посредством телефонной связи», — зачитывал судья решение.

После такой «физической фиксации», по мнению следствия, погибла одна из реабилитанток — 29-летняя Татьяна Казанцева. Она скончалась в городской больнице Березовского из-за несвоевременно оказанной медицинской помощи. Причиной смерти девушки стал менингит. По версии следствия, Шабалин слишком поздно обратился за медицинской помощью.

Однако суд переквалифицировал статью обвинения по этому эпизоду, указав, что между действиями Шабалина и смертью Казанцевой отсутствуют причинно-следственные связи.

В итоге суд квалифицировал этот эпизод на более мягкий — по ч. 1 ст. 127 УК (лишение свободы, не связанное с похищением).

Под эту же статью попали эпизоды, которые следствие трактовало по ч. 2 ст. 127. Суд пришел к выводу, что следствию не удалось доказать вину обвиняемого по двум эпизодам. Таким образом, из дела пропали отягчающие формулировки «группа лиц», «смерть», а два из девяти эпизодов из приговора исчезли.

«Суд считает возможным исправление Шабалина без изоляции от общества и назначает ему наказание в виде ограничения свободы, — объявил вердикт судья. — Путем частичного сложения наказаний окончательно назначить Шабалину наказание в виде ограничения свободы на срок два года четыре месяца».

Услышав приговор, Игорь с шумом выдохнул, перекрестился и шепотом, шевеля только губами, прочитал молитву.

После этого его выпустили из «клетки», он сел на скамью подписывать необходимые документы.

«Конечно, мы готовились к худшему. Но ни сторона защиты, ни обвинение не довольны приговором. Потому что мы надеемся на его оправдание», — пояснил «Газете.Ru» адвокат Шабалина Николай Батурский.

«Приговор, который сегодня озвучили, гособвинение не устраивает. Прокурор просил признать Шабалина виновным по всем статьям и эпизодам. Мы будем добиваться ужесточения наказания»,

— заявила «Газете.Ru» гособвинитель Анастасия Мануйлова.

Решение суда повлияло и на уголовное дело вице-президента фонда «Город без наркотиков» Евгения Маленкина. По данным следствия, последний проходил соучастником эпизодов, в которых обвинялся Шабалин. В декабре прошлого года он уехал в паломническую поездку, но так из нее и не вернулся. Органами следствия он объявлен в розыск. «Суд указал, что Маленкин не был соисполнителем преступлений. Согласно обвинению, Шабалин действовал по указанию Маленкина. Теперь я предполагаю, что органами следствия будет изменена роль Маленкина», — предположил Батурский.

«Очень важно, что суд опроверг вину Евгения Маленкина. Нам изначально было понятно, что Игоря взяли только для того, чтобы зацепиться за Маленкина. Сделать это не получилось», — заявил «Газете.Ru» президент фонда «Город без наркотиков», мэр Екатеринбурга Евгений Ройзман.

Сам Шабалин от комментариев отказался. Он пробежал мимо журналистов, поспешив домой к супруге и малолетнему ребенку. В СИЗО он провел почти год и один месяц. Этот период засчитывается ему вдвойне за срок приговора. Согласно закону, Шабалин уже отбыл два года и два месяца от назначенного срока. Таким образом, наказание для него составит два месяца ограничения свободы.

В то время, пока Березовский городской суд оглашал приговор Игорю Шабалину, в Екатеринбурге был задержан другой сотрудник фонда «Город без наркотиков», экс-реабилитант, бронзовый призер чемпионата мира по жиму штанги лежа Сергей Колисниченко.

По предварительной информации, поводом для задержания спортсмена стало заявления другого реабилитанта фонда — Роман Баскина, которого в ходе одного из «штурмов» реабцентров фонда свердловские силовики «освободили» в прошлом году. Пока неизвестно выдвинуты ли против него какие-то обвинения. Но любопытно, что задержание совпало с оглашение «мягкого» приговора Шабалину.

«На самом деле суд освободил одного заложника и тут же задержал другого. Понимали, что с Игорем все белыми нитками шито. Перспектив у этого дела еще меньше, чем у Игоря. Здесь вообще ничего нет», - заявил президент фонда «Город без наркотиков» Евгений Ройзман.