Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Город

Участник социальной акции в поддержку инвалидов-колясочников «Москва. Доступ есть» на одной из улиц города, 2012 год
Участник социальной акции в поддержку инвалидов-колясочников «Москва. Доступ есть» на одной из улиц города, 2012 год
Сергей Карпов/ТАСС

Москву поставят к барьеру

За препятствие движению инвалидов предлагают штрафовать

Анна Семенова, Мария Борисова

Ввести штрафы для автомобилистов, мешающих проезду инвалидных колясок, выдавать персонифицированные знаки «Инвалид», а также распространить требования по безбарьерной среде не только на дома, но и на территории общего пользования — такие предложения обсуждаются московскими и федеральными законотворцами. «Газета.Ru» выяснила, как город приспосабливается к потребностям маломобильных москвичей и почему элементы безбарьерной среды иногда превращаются в непреодолимые препятствия.

3 декабря отмечается Международный день инвалидов. В Москве он непосредственно касается около 1,2 млн человек — столько в столице граждан с ограниченными возможностями здоровья. Накануне в Мосгордуме обсудили, как можно облегчить и улучшить жизнь инвалидов законодательным путем. В частности, была отмечена необходимость введения персонифицированных знаков «Инвалид». Участники «круглого стола» подчеркнули, что «право на бесплатную парковку принадлежит не машине, а человеку», соответственно, и знак, дающий это право, должен выдаваться на чье-то имя, а не на его транспортное средство.

Еще одна «автомобильная» инициатива обсуждалась на уровне комиссии при президенте РФ по делам инвалидов. «За парковку в неположенном месте у нас сейчас полагается одно наказание, а

если припаркованный автомобиль перегораживает путь движения инвалида, то это нарушение должно считаться более тяжелым,

что следует отразить в КоАП», — пояснил «Газете.Ru» генеральный директор фонда «Институт экономики города» (организация занималась разработкой предложений для комиссии) Александр Пузанов.

Этим предлагается дополнить уже существующие нормы, по которым помимо штрафов за неправомерную парковку на местах для инвалидов предусмотрена и эвакуация. По словам заместителя начальника столичного управления ГИБДД Евгения Ефимова, если за весь 2015 год за парковку на местах для инвалидов было наказано 18 тыс. человек, то только за десять месяцев этого года — уже 28,5 тыс. «После принудительной эвакуации немногие автолюбители пытаются занять такие места повторно», — отметил он.

Пузанов добавил, что

нарушение прав инвалидов с точки зрения законодательства в принципе должно считаться отягчающим обстоятельством.

Сейчас «отдельная» ответственность наступает только при дискриминации по признаку инвалидности, сообщил он. Кроме того, по словам Пузанова, ведется работа по тому, чтобы круг лиц, имеющих право оформлять протоколы о нарушении прав инвалидов, был расширен. «Сейчас подобными правонарушениями занимается только департамент труда и социальной защиты, но ко многим вопросам, например к нарушению прав инвалидов в транспортной сфере, они имеют опосредованное отношение. Нужно добавлять профильных специалистов — например, из жилищных инспекций или того же транспортного блока», — сказал он.

Кроме того, на заседании комиссии при президенте РФ по делам инвалидов было предложено объединить два свода правил (СП) — 140 и 59. Первый свод правил регламентирует все, что связано с городской средой, а второй отвечает за доступность зданий и сооружений для маломобильных групп населения. Проблема в том, что эти два свода пересекаются, но частично и часть пунктов не имеет обязательного характера. В частности, в своде четко прописано, как городская среда должна быть приспособлена для колясочника, но при этом нет аналогичных подробностей для людей с другими ограничениями в перемещении (на костылях, с собакой-поводырем и т.п.). К тому же СП 59 распространяется только на здания и сооружения, а к территориям общего пользования он формально не имеет отношения. Министр строительства и ЖКХ Михаил Мень в октябре заявлял, что этот документ будет полностью пересмотрен до конца года.

Впрочем, не все можно объяснить пробелами в законодательстве. Хотя сейчас, по данным городских властей, к нуждам инвалидов приспособлено 82% городской инфраструктуры (а к концу года этот показатель увеличится до 85%), безбарьерность среды иногда оказывается чисто номинальной. Так, например, в метрополитене сделали шуц-линии на платформах, установили турникеты с дублированием валидатора шрифтом Брайля, синие наклейки на дверях заменили на более заметные для слабовидящих зеленые. Кроме того, в подземке создали Центр обеспечения мобильности пассажиров, который старается помочь горожанам, испытывающим трудности в перемещении.

Есть и лифты на новых станциях — правда, на некоторых они буквально через неделю после открытия обзавелись табличкой «Не работает».

Но все эти блага доступны тем, кто уже добрался до подземки, преодолев огонь, воду и подземные переходы. С такой проблемой ежедневно сталкивается маломобильная жительница Москвы Наталья Астанина. По ее словам, зачастую перила не доходят до конца лестницы, то есть поручень уже закончился, а ступени еще остаются. С пандусами дела обстоят еще хуже. «Если мне нужно подняться вверх — приходится кого-то просить о помощи. У лестниц есть железные колеи для коляски, но большинство колясок по расстоянию не подходят, то есть спускаться опасно для жизни, можно просто расшибиться при подъеме и спуске», — рассказала она «Газете.Ru».

Перспективы того, что ситуация с переходами улучшится, не самые радужные. Столичные власти явно предпочитают подземные переходы наземным, потому что это безопаснее с точки зрения аварийности и эффективнее с точки зрения скорости автомобильного движения. На некоторых улицах, в частности на Тверской, добавляется то, что это правительственная трасса, на которой при необходимости должно быть организовано бессветофорное движение, так что напрашивающиеся там поперечные зебры просто так не сделать.

В итоге помощи посторонних вынуждены просить не только инвалиды, но и москвичи с детскими колясками, и туристы с тяжелыми чемоданами.

«Летом прошлого года я сломал обе ноги. Думал, коляска не повод сидеть дома, но, как оказалось, я ошибся.

Из всех центральных маршрутов, по которым я обычно гуляю, лишь в паре мест был переход с пологим съездом, по которому я мог подняться и спуститься без посторонней помощи. В большинстве случаев меня ждала лестница с неподходящими под размер коляски швеллерами», — рассказал «Газете.Ru» москвич Игорь Соколов.

По словам председателя московской городской организации Всероссийского общества инвалидов Надежды Лобановой, в большинстве случаев швеллеры не соответствуют нормам и опасны для жизни. «Швеллеров вообще не должно быть нигде! А у нас они есть в пешеходных переходах. Никто — ни мама с коляской, ни бабушка с тележкой — по ним не могут подняться, — пояснила она «Газете.Ru». — Во-первых, все коляски имеют свои стандарты, и колеса просто не вписываются в металлические полоски, во-вторых, строители не учитывают и тот факт, что у коляски передние колеса сужены, а задние расширены — в результате все переходы оборудованы швеллерами одного размера, пользоваться которыми могут только велосипедисты».

Проблема с пандусами, по словам Надежды Лобановой, еще острее стоит для коммерческих организаций. «В моем районе ни цветочный, ни салон красоты, ни рыбный магазин, даже коммерческие аптеки недоступны. Исключительный случай, когда обращаешься к хозяину, говоришь, что в соседнем доме живут инвалиды, которые хотели бы сюда ходить, арендаторы идут на уступки и делают съезд», — добавила она.

Справедливости ради стоит отметить, что отказ в строительстве пандусов далеко не всегда проистекает от какого-то особенного равнодушия собственника здания. Например, у строений, признанных памятниками культуры или истории, нельзя нарушать целостность внешнего вида, в том числе и пристраивать съезды как минимум с фасада.

С другой стороны, одним только увеличением «поголовья» «зебр» проблему тоже не решить — даже если предусмотреть на половине пути островки безопасности. «На бульваре Рокоссовского есть переход через трамвайные рельсы, мне еле-еле хватает времени, но многие маломобильные люди не успевают перейти дорогу. В результате оказываются на проезжей части во время движения», — рассказала Наталья Астанина.

Жалуются инвалиды и на то, что относительно доступные объекты после планового ремонта становятся абсолютно недоступными. «Начинают делать реконструкцию — и опять возвращаемся к старому.

Опять делают высокий бордюр, неправильно кладут тактильную плитку, и начинаем по-новому просить: опустите бордюрную плитку, там нельзя пройти.

Если бы изначально делали, просто по-старому — был переход доступный, а они его делают недоступным», — пояснила Надежда Лобанова. «Это происходит и от незнания, и оттого что нормативная база пока не заставляет делать так, чтобы инфраструктура была удобна для всех граждан, в том числе инвалидов», — сказал «Газете.Ru» заместитель председателя комитета Госдумы по труду, социальной политике и делам ветеранов Михаил Терентьев.