личный архив Дмитрия Четвергова

«Завершил карьеру, когда впечатали в борт»

Гитарист-виртуоз Дмитрий Четвергов о грядущем сезоне КХЛ и выборе между хоккеем и музыкой

Илья Елисеев

Один из лучших гитаристов России Дмитрий Четвергов в эксклюзивной беседе с корреспондентом «Газеты.Ru» рассказал, как он выбирал между профессиональным хоккеем и музыкой, кого ему напоминал легендарный канадский нападающий Фил Эспозито, а также захотел взять пример с басиста «Машины времени» Александра Кутикова.

«Мне кажется, в грядущем сезоне КХЛ Владимир Крикунов не позволит сдать позиций «Ак Барсу», на виду также будут ярославский «Локомотив», омский «Авангард», магнитогорский «Металлург», а на «Атлант» после прихода Алексея Ковалева повалят зрители! Естественно, я рассчитываю и на то, что в родном ЦСКА все получится у Юлиуса Шуплера, который недавно возглавил клуб», — считает Дмитрий Четвергов.

— Надо понимать, за ходом хоккейных событий следите?
— Стараюсь по мере возможности. Если прилипну к экрану телевизора, то это надолго.

— За кого болеете?
— Приоритетом остается ЦСКА – по старым принципам. И сборная России, естественно.

— Как считаете, то, что Вячеслава Быкова на тренерском мостике сменил Зинэтула Билялетдинов, пойдет ей на пользу?
— Время покажет. С другой стороны, Билялетдинов уже здорово зарекомендовал себя на клубном уровне – в московском «Динамо», в «Ак Барсе». Главное, удачно начать, а потом все пойдет по накатанной.

Надеюсь, Олимпиаду в Сочи под его руководством мы выиграем.

— Насколько я знаю, в свое время вопрос, можно сказать, для вас стоял ребром – большой спорт или музыка.
— Вся практика становления музыкантом была под угрозой срыва. Хоккеем я увлекался с детства, как только встал на коньки. Сам вызвался стать пианистом, а потом вдруг увидел Фила Эспозито…

— Во время суперсерии СССР – Канада 1972 года?
— Совершенно верно. У меня тогда постоянно возникала ассоциация некоего мушкетера с рок-идолом. А у длинноволосого Фила вместо гитары была клюшка. Чуть позже меня взяли в ЦСКА – в то время я благополучно справлялся с обязанностями капитана дворовой команды в Новых Черемушках. Однажды проходил хоккейный турнир среди районов Москвы. Как сейчас помню, тренер подошел ко мне и сообщил, что приглашают в юношеский ЦСКА. Я, естественно, ощутил радость. И, конечно, не раздумывал. Это было счастье!

— А когда испытали самую первую радость от хоккея?
— Когда купил на сэкономленные деньги от завтраков клюшку KOHO, а потом – самопальные краги. Разумеется, радости не было предела, когда я той самой клюшкой в одном матче забросил три шайбы!

— Почему же в ЦСКА у вас не сложилось?
— Нас тогда из сборной района выбрали троих. В итоге я остался в армейском клубе один.

— Как самый талантливый?
— Можно и так сказать (смеется). Около года я ездил на тренировки. До тех пор пока меня серьезно не припечатали к борту! И я попал в больницу с сотрясением мозга. На этом моя карьера профессионального хоккеиста закончилась навсегда. Между прочим, я занимался и футболом. Но здесь также не сложилось. Как-то мяч так сильно попал мне в лицо, что даже откололся кусочек зуба.

После того случая я стал побаиваться мяча, хотя шайбы никогда не боялся.

— Выходит, хоккей по-прежнему любите?
— Обожаю. Каждую зиму играю во дворе с мальчишками.

— Рассказываете им что-нибудь из прошлого?
— Бывает. В основном, правда, я общаюсь с молодыми музыкантами, которые считают меня своим кумиром. Провожу для них мастер-классы. И если обращаю на кого-то внимание, подсказываю, то они испытывают такой же неописуемый восторг, как и я в то время, когда непосредственно занимался хоккеем.

— Сейчас вы наверняка можете провести аналогии между рок-музыкой и
любимым видом спорта…

— Безусловно. Хоккеисты испытывают эйфорию перед выходом на лед, музыканты – перед выходом на сцену. И те и другие ощущают радость удачи, некий полет, ощущение свободы после выступления. Одинаково испытывают удовлетворение от реакции толпы, признания твоего достижения в конкретный момент времени. Мы, музыканты, как и спортсмены, подвержены ежедневному самоистязанию в плане занятий и тренировок. Дабы быть в форме. Нас роднит еще и это. Надо где-то в душе быть авантюристами – и тогда удача не оставит. Но в то же время музыкант должен осознавать, что он – не спортсмен. Трюкачество – удел циркачей!

— А вы мечтали быть музыкантом?
— Да, причем настолько, что я, еще будучи ребенком, просил, чтобы мне купили пианино. Моим кумиром был выдающийся пианист Святослав Рихтер. Но был момент, когда я даже «мстил» инструменту, который вытягивал из меня все жилы и отнимал массу времени.

— Каким образом?
— Я играл в хоккей, много внимания уделял тренировкам. Вместо занятий на фортепиано дома оттачивал клюшку, по старинке загибал в батарее, мечтал сделать из нее Montreal (смеется). Но в один прекрасный день родители запретили мне ходить на площадку, а мама сломала клюшку. Тогда я достал еще одну, а на пианино прилепил мишень – и стал с упоением отрабатывать бросок.

Как-то шайба рикошетом отлетела в окно – и вдребезги разбила стекло! В итоге я получил приличный нагоняй!

— А из тех, с кем играли, кто-то потом засветился в большом хоккее?
— Конечно. Не раз, например, пересекался с легендарным ныне Игорем Ларионовым. Мы дружим по сей день.

— Среди ваших друзей поклонники хоккея есть?
— А как же! Допустим, известный музыкант Игорь Бутман. Он ведь еще и сам играет. Также — Лариса Долина, которая дружит со Славой Фетисовым. Пару лет назад на Красной площади проходил «Матч звезд». Потом все вместе отправились в один из ночных клубов на вечеринку, где «зажигал» Кид Рок. Праздник протекал под хорошее вино, сигары и качественную музыку (улыбается).

— С коллегами по цеху вы наверняка общаетесь о спорте. А о чем, интересно, беседовали с гитаристом-виртуозом Джо Сатриани, когда выступали с ним в одном концерте?
— Джо очень любит лыжи и сноуборд. Поэтому мы разговаривали с ним о зимних видах спорта, но в основном, как вы понимаете, о музыке. Сатриани вообще назвал себя человеком «не от мира сего». Вся его жизнь связана исключительно с музыкой. Можно сказать, что он спит с гитарой, гриф – продолжение его руки. Помню, как ему на саундчеке предложили кофе с бутербродами, а он ответил: «Я уже перекусил по-своему», — имея в виду гитарные пассажи.

— Лично вы по большей части — музыкант сессионный. А известность к вам пришла во время работы в проекте «Николай» вместе с Николаем Носковым, первым вокалистом легендарного «Парка Горького»…
— Отчасти так и есть. Я тогда был неизменным со-продюсером и музыкальным руководителем группы. В то время, кстати, сам изготавливал инструменты. Хотел создать универсальную гитару для себя. Программа «МузОБОЗ» даже сделала сюжет. Они приехали ко мне в мастерскую, отсняли рабочий процесс, а потом я им кое-что сыграл. И Коля Носков, когда увидел это по телевизору, спросил: «Никак не пойму, то ли ты гитарист, то ли мастер». После чего я все-таки решил стать мастером-гитаристом (смеется).

— А в чем было принципиальное отличие созданного инструмента от обычной гитары?
— Я хотел совместить возможности «Гибсона», «Фендера-Стратокастера» и механику «Стенбергера». Вроде бы все получилось удачно.

— Работа над последним альбомом с «Цветка на цветок» наверняка велась не один год. Композиции там довольно разноплановые…
— Я и сам достаточно разноплановый человек. Между прочим, название альбома говорит само за себя. Бабочка перелетает с одного цветка на другой, а они все разные…

— Один мой приятель даже назвал вас «мастером фьюжна».
— В заглавной композиции «Пропеллер-чет» можно заметить такие стили, как рок, фанк, джаз-рок, элементы музыки джангл, хип-хоп и прочие модные веяния. Мне нравятся многие стили и направления, поэтому порой получается так, что я действительно создаю некий фьюжн – сплав стилей и направлений.

Как говорят мои друзья, именно эта композиция звучит актуально по сей день.

— Относительно недавно вы принимали участие в рок-опере Игоря Демарина «Парфюмер» по произведению Патрика Зюскинда. Сразу приняли приглашение?
— Мы с Игорем – близкие друзья. Я уважаю его как человека, ценю как музыканта. Из этого вытекает мое отношение к его творчеству. Когда он предложил поучаствовать в проекте, получилось так, что я стал своего рода «воплощением темных сил» Гренуя. Иными словами, демоническим образом главного героя. Как писали журналисты, Демарин удачно разыгрывает партию, вынимая по ходу пьесы заглавных козырей, а под занавес предъявляет публике козырного туза – гитариста Дмитрия Четвергова (улыбается).

— Вы сотрудничали и с «Машиной времени». У басиста группы Александра Кутикова, знаю, есть абонемент на все футбольные матчи московского «Спартака» в «Лужниках». Не собираетесь ли вы посещать игры чемпионата КХЛ на постоянной основе?
— Было бы неплохо. Надо только разжиться абонементом, как Кутиков (смеется).

Другие материалы можно посмотреть на странице КХЛ.