Нас не нужно жалеть

В честь бывшего Дня печати российским аккредитованным журналистам предоставили аж 15 мест на первые два четвертьфинала. «Ваши не играют — значит, отдыхайте». Вот, значит, как, посетовал я вслух, переживая за коллег, которым не хватило пропускных наклеек-стикеров.

«Кто не успел, пусть к Тихонову обращаются, к Виктору Васильевичу, — тут же нашелся словацкий журналист. — Он поможет».

Жестко. «Может, теперь он поймет, что мы переживали, когда нам противостояла машина. А у Тихонова хватало времени и на подготовку, и на то, чтобы держать под рукой все лучшие силы. Побеждая шведов в Гетеборге с двузначным счетом двадцать с лишним лет назад, что, он думал, они такие слабые? А он такой сильный?».

«Вас не надо жалеть. Ведь и вы никого не жалели», — если слегка перефразировать, кажется, Семена Гудзенко (скорее всего, это он, прекрасный фронтовой поэт). Вот пафос этого спонтанного спича коллеги.

Прав он? Наверное. У поэта, конечно, «нас не нужно жалеть». Суть меняется достаточно сильно. Если от «нас» — это высота духа. Как там дальше: «мы пред нашим комбатом, как пред Господом Богом, чисты». Сказать — и уйти. Всем поколением. Как сейчас уходят последние фронтовики. Что-то об этом вспоминается здесь, в Праге, посреди других пиров и совсем другой жизни.

Если это как упрек, пусть и совсем по другому поводу, то есть повод задуматься и не особенно упиваться собственным бесчестием. Тем более прикрываться былой славой. Вот 6 мая Зал славы ИИХФ пополнят имена Николая Сологубова, Виталия Давыдова и Юрия Карандина. Ветераны, которых знает весь мир, у нас есть. А кого из нынешних будут вводить — большой вопрос.

Звучат иные имена. «Саска-арена» снаружи сияет как шайба из богемского стекла, а внутри впитывает идущий ото льда жар, под третьим ярусом по обводу пробегают огненные сполохи, на гигантском экране под потолком вспыхивают молнии и происходят разные другие вещи. В рекламных паузах режиссер трансляции выхватывает на экране обрамленные сердечком с надписью «kiss me» типажные парочки, 18-тысячный зал вздыхает и живо реагирует на поцелуи, не забывая, впрочем, о главном.

К слову. Второй четвертьфинал завершился для хозяев почти национальной трагедией (не следовало некоторым горе-болельщикам перед матчем скандировать «гудбай, Америка!»). Но трагедией, можно сказать, высокой. Надо было России обыгрывать Штаты. Глядишь — меньше бы у хозяев было проблем. У них, кстати, это всего лишь первый домашний сбой.

А нам надо возвращаться. Не в смысле домой, а в большой хоккей. Ни у кого ничего не прося. Чтобы потом можно было сказать, что чисты. И перед комбатом, и перед Россией.

Извините за пафос. Праздники навеяли.