От редакции

Дмитрий Лебедев/Коммерсантъ

Пора выгонять

Механизм, чтобы начальника выгнать потому, что недовольно население, в государственной машине отсутствует.

«Газета.Ru»

Уволить губернатора, потому что им недовольно вверенное его заботам население, в сегодняшней России может только один человек – президент. Равнодушие, бездействие и головотяпство некоторых региональных начальников в огне и смраде – достаточный повод для самых жестких оргвыводов Медведева.

Перебранка московского мэра Лужкова и губернатора Московской области Громова, которые на фоне зноя, пожаров и несчастий, постигших обывателей, постыдно обвиняют друг друга в бесхозяйственности и словоблудии, должна была бы стать достаточным поводом к их смещению избирателями. В базарной ссоре участвуют два вельможи, один из которых вернулся из заграничного отпуска, только когда с Москвы сошел смог, а другой чуть ранее сравнялся в изобретательности с Марией-Антуанеттой, предложив москвичам и жителям области облетать автомобильные пробки на вертолетах.

Этих поводов к жестким решениям сейчас множество: активисты во Владимирской области пишут письма с требованием отстранить губернатора Виноградова, самарцы – Артякова; гнев, с которым жители города Выкса обвиняли в самонадеянности и бездействии своего губернатора Шанцева, сопровождавшего Путина во время его поездки туда, могли наблюдать все пользователи сети.

Но вот беда – механизм смещения начальника, потому что недовольно население, в государственной машине отсутствует. Изъят.

Не то чтобы он хорошо работал в прошлом: и наши органические покорность и терпеливость, и манипулятивные технологии, и сговоры в верхах позволяли исказить, а часто и аннулировать принцип ответственности региональных властей перед населением. Но все-таки этот механизм был — была надежда, что постепенно он отладится, и был определенный страх, что и такой, какой есть, этот механизм может выбить кресло из-под начальства, если случится что-то уж совсем из ряда вон. Все-таки держать в страхе начальство куда полезнее для дела, чем подчиненных.

Теперь мы не располагаем ничем, кроме высшей воли. Возникает естественный вопрос – а она есть? И есть ли возможности для ее проявления?

Вроде бы надо ответить положительно. Ведь выгнали же из Ингушетии Мурата Зязикова, сняли с Орловской области Егора Строева и так далее. И не везде это был выбор из двух зол: вот сменивший Зязикова Евкуров, хотя иногда и срывается в странные рассуждения о кознях мировой закулисы, делает все возможное для борьбы с коррупцией в своей республике.

Но есть одна особенность в уже осуществленных перестановках начальственных лиц:

ни разу верховная власть не убирала губернатора или президента республики за обиды, нанесенные населению.

Всегда это обставлялось как «рабочий процесс»: не переназначили, ушел сам, от усталости или по здоровью. Тяга к соблюдению приличий в отношении номенклатуры (когда ее уж точно пора менять) очевидна — тяги к соблюдению приличий в отношении подданных вовсе нет.

Называть провалы высокопоставленных администраторов при нынешнем климатическом ударе по России поводом к тому, чтобы Кремль проявил, наконец, грубую жесткость, не позаботившись о светском политесе, было бы неправильно. Какой же это повод, когда это абсолютно нормальные причины для оргвыводов?

Есть ущерб, который можно было минимизировать; есть проколы этического свойства, непростительные и для старшины (а тут генералы); есть публичные скандалы. Чего же еще ждать?

Может быть, власть боится нарушить стабильность. В конце концов, если все нити и вправду в руках Кремля, он должен быть осторожен, когда за эти нити дергает. Порвутся – а других-то и нет.

Но уж раз вы выстроили такую систему «крепкого хозяйствования», странно все время бояться оборвать эти связующие нити. Раз уж так, замените их на узду и вожжи, господин президент.