Расклады

Новое обвинение против Тимошенко политическим считают даже ее недруги
Новое обвинение против Тимошенко политическим считают даже ее недруги
AFP/Getty Images

Сидеть вечно

Вадим Дубнов о том, зачем Януковичу обвинять Тимошенко в убийстве

Вадим Дубнов

Сигнал, посланный украинской властью, не оставляет никаких сомнений: пожизненное или не пожизненное заключение, но из игры Тимошенко выведена если не окончательно, то всерьез и надолго.

В интриге с предъявлением Юлии Тимошенко обвинения в убийстве Евгения Щербаня самым интересным стало то, что никого не заинтересовало, насколько это может быть правдой, Обсуждение этого вопроса выглядит где-то даже моветоном. Середина 90-х – разгар криминальной войны всех против всех, Донецк – средоточие ее фронтов. Начало бурной приватизации, сильные люди на украинском востоке бьются за шахты, химию, металлургию. Именно тогда закладывались будущие империи, Евгений Щербань, один из главных авторитетов Донбасса, начинал свой Индустриальный союз Донбасса, начинался System Capital Management(СКМ), который вел к олигархическим вершинам Ахать Брагин, известный народу как Алик Грек, легенда тогдашнего донецкого криминала.

Сначала своей пули дождался Брагин, молва приписывала это тому самому Евгению Щербаню, кстати, еще и народному депутату Украины.

В 1996-м киллеры встретили Щербаня, возвращавшегося с семьей из Москвы с «рубиновой» свадьбы знаменитого уроженца этого города Иосифа Кобзона. Выжил только сын, и опять никто не удивился: в тогдашнем Донецке мало кто верил в долгую жизнь Щербаня, уже вступившего в войну с молодым Ринатом Ахметовым, который поднял знамя, выпавшее из рук Алика Грека.

Другая версия вела к всесильному тогда лидеру всесильной тогда Днепропетровщины Павлу Лазаренко, который конкурировал со Щербанем в деле газовых поставок из России. Ведь тогда молодая Юлия Тимошенко под покровительством Лазаренко, вскоре ставшего украинским премьером, уже преобразовала свою фирму КУБ, торговавшую бензином, в знаменитые Единые энергетические системы Украины, главного газового трейдера страны, который сделает ее героиней украинской новейшей истории – в зависимости от вкуса отрицательной или положительной.

В общем, никого спустя 17 лет не интересует, что было правдой в те годы, когда правым был тот, кому удавалось выжить. И если недоброжелатели Тимошенко считают Качановскую колонию, в которой она отбывает свои семь лет, редким по нынешним временам знаком справедливости, то насчет подозрения в убийстве даже они склонны считать дело исключительно политическим. Тем более что украинская власть, кажется, и не пытается или не надеется кого-то в этом разубедить.

При всей нарочитости угрозы пожизненного заключения для соперника на выборах, проигравшего всего чуть более трех процентов, логику украинской власти нетрудно реконструировать. И даже предположить, что время решающей атаки на главного конкурента Виктор Янукович выбрал неслучайно.

На 25 февраля назначено подписание договора Украины и Евросоюза об ассоциации. Едва ли оно будет отменено, и формальный документ, возможно, будет подписан. Публичный скандал Брюсселю нужен ничуть не больше, чем Киеву.

Однако дальнейшие отношения, скорее всего, будут пронизаны тем же холодом, который, как полагают многие наблюдатели, будет царить в этот день на церемонии исторического сближения. Впрочем, переломить эту тенденцию Янукович был все равно не в состоянии вне зависимости от того личного упоения, которое подарила ему перспектива расправы над Тимошенко – там ведь и в самом деле еще и немало личного. Свое расположение Евросоюз обуславливал изменениями позиции Киева в деле Тимошенко. И, как, видимо, рассудили в Киеве, столь решительным процессуальным действом на тему убийства они ситуацию уж точно не ухудшат. А может быть, как, возможно, утешают себя в Киеве, и неожиданным образом немного улучшат.

Убийство Щербаня, как проницательно заметил украинский публицист Владимир Бойко, – это такой универсальный магазин, в котором все украинские лидеры начиная с Кучмы приобретали материалы для давления на политических оппонентов.

Универмаг снова открыт, и, во-первых, Тимошенко уже не просто какой-то газовый комбинатор, она – заказчик убийства, причем одного из самых громких в новейшей истории Украины. И здесь, как, видимо, надеются в президентской администрации, желающих за нее заступиться будет уже не так много. Наступление на Тимошенко вообще оформлено в жанре парада компроматов, причем на любой, даже самый невзыскательный вкус. И если кому-то покажется неубедительной история убийства, то для него у прокуратуры имеются сведения о том, что Тимошенко и Лазаренко связывали отнюдь не только деловые отношения.

Впрочем, даже если все с Европой пойдет и не так, тоже ничего страшного. Коридор внешнеполитических возможностей, как на востоке, так и на западе, прискорбно сузился, зато стабилизировался. Если не случится чего-то совсем головокружительного, хуже или лучше не станет вне зависимости от того, какие обвинения кому-то предъявляются. Поэтому, отработав без явных потерь на внешнем направлении, украинская власть может сосредоточиться на внутренних проблемах. Тем более что они намного более актуальны.

Парламентские выборы, хоть и выигранные Партией регионов, должны были оставить у власти осадок довольно неприятный. Партия не получила не только конституционного большинства, на которое рассчитывала, но и простое большинство оказалось довольно шатким, и то лишь в коалиции.

И теперь не только придется, видимо, пересмотреть планы ревизии конституции и выборов президента в парламенте, но и вообще более реалистично оценить всю диспозицию, которая уже начинает складываться в ожидании выборного 2015 года.

Тимошенко, будучи осужденной на свои семь лет, уже не представляла для власти той угрозы, с которой Янукович справился в 2010 году. К тому же фактом неясности своих перспектив она ставила в довольно двусмысленное положение своих возможных престолонаследников, в первую очередь Арсения Яценюка, который под флагом фактически тимошенковской «Батькивщины» вел оппозицию на парламентских выборах в октябре. Занять ее трон он не мог, поскольку при каждой возможности Тимошенко напоминала, что освобождать его не намерена, а определяться с лидерством было надо уже самому.

Однако какой-то маневр при этом и у оппозиции, и у самой Тимошенко еще оставался.

Теперь сигнал, посланный властью, не оставляет никаких сомнений: пожизненное или не пожизненное, но из игры Тимошенко выведена если не окончательно, то всерьез и надолго. Но лидеров оппозиции, так и не подготовившихся к необходимости самостоятельной игры, этот сигнал застигает врасплох. Тимошенко флаг не отдает – для нее это означает согласиться с планом Януковича. Значит, Яценюку достается эрзац, арендованная копия этого флага. А Яценюк не один, есть, например, Кличко, про которого, правда, еще и вовсе не известно, оппозиция он или нет.

А начинать с нуля, раскручивать что-то совсем новое – поздно. Да и когда было рано, все равно ничего особенно не раскручивалось.

Словом, с традиционного оппозиционного фланга Янукович может больше не опасаться неприятных неожиданностей. И, возможно, в президентской команде теперь могут решить, что ей удастся то, что не удавалось ни одной украинской власти до нее: адаптировать страну к традиционному постсоветскому стилю. В рамках которого оппозиция – безнадежные маргиналы, выборы под контролем, отношения с Западом – вопрос грамотного балансирования с Москвой и наоборот.

Но в этом месте игра становится несколько рискованной. С одной стороны, конечно, все теперь именно так и выглядит, и особое сходство придает ситуации старший сын президента Александр Янукович. Он уже выстроил империю так, как это иногда водится у детей постсоветских президентов.

Александр Янукович не только становится одним из самых крутых украинских магнатов. Он уже контролирует силовиков – МВД, прокуратуру, налоговую. Его люди в Нацбанке уже готовы подсидеть самого премьер-министра, и никто не сомневается, что не завтра, так послезавтра это случится.

В такой модели главное – не впасть в грех самоуверенности, и президенту Януковичу пока удается не поссориться со своими олигархами, в том числе и донецкими, еще вчера уверенными, что президент – это просто их посланец, командированный в Киев. Они насторожены, но они понимают, что президент может поверить в любую минуту в свою силу, и к войне они могут оказаться не готовы, потому готовым надо быть уже сейчас.

С ними можно договориться, и пока договариваться удается. Но некоторые из них уже готовы сыграть свою политическую игру, и, скажем, экс-руководитель Службы безопасности Украины Валерий Хорошковский уже, похоже, видит себя на выборах 2015-го третьей силой, которая на деле может оказаться второй. А Ринат Ахметов или Дмитрий Фирташ за уход на вторые роли или нейтралитет могут потребовать такую цену, которую президент или будет платить в состоянии, или высокомерно может счесть, что платить уже не обязан. И тогда, не исключено, той Украине, лидер которой изолирован в Качановской колонии, будет за кем снова пойти на Майдан. И кто-то, возможно, снова облачится в оранжевое. И совсем не факт, что, как в 2004 году, у власти наберется полстраны, которая ее поддержит.

На то, чтобы затормозить развитие сюжета, у Януковича есть два года. В одном можно не сомневаться: их он теперь проведет без Юлии Тимошенко.

Автор — обозреватель РИА «Новости»