Украина.Вру

Антон Елин о пропагандистских мощностях

Завтра по «России 24» между «Вестями.Net» и «Наукой 2.0» покажут фильм подружки Януковича Алены Березовской «Украина.Ру», снятый в медиаподдержку нового ресурса Дмитрия Киселева «Украина.Ру» — чтобы никто не перепутал.

Кино это о том, что Украины.Net, этноса такого тоже.Net, а есть только старик Отто фон Бисмарк, который вставал в четыре утра, чтобы давать солдатам овес, и однажды с овсом застыл в казарме, поняв, что «подорвать могущество России можно только отсечением от нее Украины».

Что и делают до сих пор: треклятые тризубы, Музычки, которых уж нет, Яроши с подругами, мужчины яйцеголовые и опухшие, яйценюхи, майданутые, все эти фашисты, бандеровцы, ОУНовцы и реваншисты, сволочь разная с прямыми спинами, мизантропы с дредами и тоской по «Галичине», хмыри, жгущие покрышки, млынци, сало жующие, своих в чистом поле бросающие, упавших из домов профсоюзов добивающие, ноги им отрубающие, ватника, федерала этим смущающие, а метан наш родненький жадно сосушие, этан, пропан и бутан наш алкающие, ни стыда ни совести не имеющие, Гоголя, Гордеева, Брежнева, Ворошилова на голову нашу уродившие, чтоб мучили нас тысячу лет еще мертвецы с косами, философы в хлевах, чтобы карася все жрали и любопытного порося ногой по морде пинали.

Так вот, нет вас. Никого нет. Подруга Алена, пусть даже Березовская, врать не будет.

Как не врал и режиссер Игорь Волошин, автор фильма о событиях в Осетии «Олимпиус инферно», который мог сделать из бегающих в шлепаках с калашами мирных осетин наш «Перл Харбор», а склеил рыхлую, бесхребетную историю о метаниях между подсобным вагончиком и каретой «скорой помощи» дебильноватого энтомолога и журналистки, людей без бэкграунда, но с завышенной самооценкой. Как не сделал из «Сталинграда» наш «Апокалипсис сегодня» режиссер Бондарчук — просто потому, что кроме грима и 3D в фильме должен быть скелет, нервы и торчащие острые шипы, а их нет. Нечему и не за что цеплять.

Где гондольеры бурлящих пропагандистских волн? Где медиакиллеры? Где огненные параноики и психи, способные за 600 секунд включить сектантов в свой параноидальный круг?

Кажется, их нет — потому что никто не верит в то, что делает. Верит Березовская в то, что народ не с обглоданным карасем на блюдце, а с томиком Бисмарка засыпает под подушкой? Нет. Верит Волошин в то, что журналистка занимается чем угодно, только не ищет возможности позвонить в редакцию и вывалить breaking news в прямой эфир? Нет. Поэтому его кино и прозвали «Олимпийским адом».

Киселев пару дней назад сказал, что Украины больше нет, страна виртуальна, реален только сайт «Украина.Ру». Он сам в это верит?

Если да — то почему НАТО, которое вроде бы на глазах изумленного президента Путина душило мужчину на «Прямой линии», потеряло всякий интерес к шее и уползло мочиться на витрины галантерей Вентспилса?

Чтобы снять «Триумф воли», нужно быть ошалевшим фанатиком — хотя бы на время. Чтобы получился «Вечный жид» — евреем в Третьем рейхе. Чтобы триллер о гипотезе Пуанкаре приводил к массовым самоубийствам, а домохозяйки, бормоча: «Всякое односвязное трехмерное многообразие гомеоморфно трехмерной сфере», уходили в математические землянки, его должен снимать фанатичный Гриша Перельман, а не подруга Гриши Перельмана, не знакомая подруги Гриши Перельмана и не любовница его соседа по лестничной клетке.

Соловьев выстрелит, когда станет «ватником» — и не на озере Комо, а на брегах Лихоборки. Киселев — когда Бенилюкс променяет на уютное бомбоубежище под Скотопрогонной улицей в Москве.

Уровень пропагандистского горения выдают руки. Посмотрите на холеные пальчики гондольеров из ящика, на их бесцветный маникюр, все поймете про «карателей» и «мирных сторонников федерализации».

На неделе я продолжил свое погружение в паранойю 1956 года, которую описал в «Хрущевках» императора». Когда я слушаю записи «Свободной Европы» за 1956 год, особенно Szabad Európa Rádió — венгерскую службу, у меня и сейчас, спустя кучу лет, волосы встают на голове, бегают мурашки, по спине не холодок, а куриная лапа глубокой заморозки царапает когтем кожу.

Я думал, Янус (Имре Вамос) — это вершина радиопаранойи, я считал, что Нотариус (Золтан Тьюри-младший) прошибает меня своим голосом насквозь, я был уверен, что Полковник Белл (Юлиан Боршани) заражает национализмом без антидота, а истерик Галликус (Имре Микеш) парализует волю.

И тут я услышал «Fekete hang» («Черный голос») — замогильную передачу, настоящее инферно, без мотыльков, куколок и бабочек.

По некоторым данным, ее редактировал Шандор Игади-Киш. Суть совместного с ЦРУ проекта вот в чем: на границе с Австрией венгерских дефекторов с беженцами жестко интервьюировали. Интервью иногда длились несколько дней. Причем в фокусе внимания не общие настроения в стране, не оценки коммунистической системы, властей — а детали. Из беженцев вынимали всю информацию о директорах заводов, профсоюзных чиновниках или начальников полиции.

В инструкции управления было сказано, что «Черный голос» борьбу с коммунистами будет вести точечными ударами. Затем распечатки интервью отправлялись в Мюнхен и Нью-Йорк, где на этом материале готовились пятиминутки ненависти. Надо вытрясти душу из директора фабрики Вимоса Визи — партийного активиста и урода, который являлся сексуальным хищником, насилуя ткачих? Или предупредить Йозефа Года, начальника шахты, что он попал в «черный список», потому что свинья?

Это — территория «Черного голоса». Низкий, страшный, словно из склепов Ваганькова голос зачитывал в эфире из Мюнхена приговор: «Мы знаем, что руководство поставило шахтеров в нечеловеческие условия. Слушайте внимательно, Года. Вы — в «черном списке». Знайте, даже когда свободный венгр закрывает глаза — он продолжает наблюдать за каждым вашим шагом. Это последний шанс, Года».

Арч Паддингтон (с 85-го по 93-й год — замдиректора нью-йоркского бюро RFE/RL) в книге «Broadcasting Freedom: The Cold War Triumph of Radio Free Europe and Radio Liberty» пишет, что инъекции радиопалача часто были весьма эффективны — его жертвам приходилось уходить в тень. «Fekete hang», кстати, напугал и самих американцев — почитайте, с каким ужасом пишет о нем 14 января 1957 года анонимный библиотекарь ЦРУ, которому поручили обзор революционного вещания. Или диссертацию майора Командно-штабного колледжа армии США Кеннета А. Фергюсона «American Policy toward Eastern Bloc Countries Influencing the Hungarian Revolution of 1956».

Я нашел текст передачи, которая смутила библиотекаря, и перевел ее. «Кровь, сочащаяся из ран тысячи венгров, дает нам право взять на себя роль «черного голоса». Но мозгом «Черной книги» коммунизма будете вы. Фиксируйте каждое преступление агрессора. Помните, что вами руководит святая месть. <…> Убийства женщин и детей поставлены на поток, превратив страну в фабрику смерти. Так не позвольте лакеям сохранить свое господство! Петефи писал: «Бей в набат! Я сам схвачу веревку, / Чтобы все колокола звучали!» Нам не нужны веревки — хватай блокнот и веди свою «Черную книгу».

И заканчивал Игади-Киш так: «Крысы вылезли из канализации, ухмыляясь вслед ревущим советским танкам».

Я могу ошибаться, но кажется, это искреннее безумие.

Поэтому треть из 11 тогдашних активных комментаторов SZER или покончили с собой, или умерли в одиночестве и полной нищете, а Галликуса преследовала женщина, потерявшая сына. Она присылала ему по почте фотографии убитого в Пеште парня, который оказался слишком чувствителен к пропаганде.

Все было серьезно. Это вам не «потелки» Гордона с Толстым на Первом и не блондинка Януковича с томиком Бисмарка, который, кстати, ничего из приписываемого ему не писал. Впрочем, разве это важно для Украина.Вру.

«Сельдь могла бы стать деликатесом, если бы не была такой обыденной». Вот это точно Бисмарк.