Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

youtube.com

«Сестра за брата не в ответе»

«Газета.Ru» поговорила с сестрой информатора WADA Мариной Родченковой

Герман Петелин, Артур Громов

Информатор WADA Григорий Родченков, скрывающийся от российских следователей в США, перестал выходить на связь с родственниками в России. Об этом «Газете.Ru» рассказала по телефону его сестра Марина. По словам женщины, она пытается дистанцироваться от скандала и заниматься своей семьей и любимой работой — спортом (в конце сентября в Москве должен пройти забег на призы от Марины Родченковой).

Следственный комитет плотно взялся за дело бывшего руководителя Московской антидопинговой лаборатории, информатора Всемирного антидопингового агентства (WADA) Григория Родченкова. В минувший четверг стало известно, что в России арестовано его имущество — земельный участок. Следствие также намерено допросить его сестру Марину — трехкратную чемпионку мира по бегу, в прошлом эксперта-криминалиста и капитана милиции. В 2013 году спортсменке вынесли приговор за сбыт запрещенных (допинговых) препаратов, тогда дело кончилось условным сроком.

Справка:

Марина Михайловна Родченкова — бегунья на неолимпийских дистанциях легкой атлетики, трехкратная чемпионка мира по легкой атлетике, заслуженный мастер спорта, чемпионка СССР по кроссу (1988), двукратная чемпионка мира в беге по шоссе в командном первенстве (1986, 1988), чемпионка мира по кроссу в командном первенстве (1988). Выпускница факультета журналистики МГУ. В прошлом — капитан милиции, эксперт-криминалист ЭКЦ УВД ЗАО Москвы. Марина Родченкова была тренером в Экспериментальной школе высшего спортивного мастерства по легкой атлетике.

По версии СК, она предлагала своим подопечным «проверенные» вещества для усиления эффекта от тренировок и для лучшего результата во время соревнований.

Ее брат Григорий, ранее возглавлявший Московский антидопинговый центр, бежал в США и стал главным информатором WADA. Согласно его показаниям, как минимум 15 российских медалистов употребляли допинг во время Игр в Сочи, а сотрудники антидопинговых организаций помогали это скрывать, подменяя пробы. Бывший глава Московского антидопингового центра также сообщил, что допинговая программа осуществлялась под контролем государства, а он лично разработал трехкомпонентный коктейль из алкоголя и трех анаболических стероидов — метенолона, тренболона и оксандролона. Именно этот коктейль, по заверениям Родченкова, и использовали многие именитые российские спортсмены при подготовке к Олимпиаде в Лондоне в 2012 году, а также на протяжении Игр в Сочи. Кроме того, показания о массовом применении допинга российскими спортсменами дал сотрудник РУСАДА Виталий Степанов.

«Условка» никак не повлияла на дела Марины Родченковой: как выяснила «Газета.Ru», она по-прежнему продолжает заниматься и популяризировать спорт. Кроме того, в Москве ежегодно проводятся ее именные забеги среди школьников — последний из них состоялся в прошлом году в Солнцево на западе Москвы. Помогали организовывать это мероприятие ГБУ «Центр физической культуры и спорта Западного административного округа города Москвы», сообщество «Динамо», ГБУ «Спортивно-досуговый клуб «Крылатское». Следующий забег на призы Марины Родченковой запланирован на 24 сентября. «Газета.Ru» решила поговорить с ней о предстоящем забеге, а также о ее брате и допинге.

— Марина Михайловна, скандалы вокруг вашего брата как-то сказываются на организации соревнований, на вашей деятельности?
— Соревнования как проводились, так и будут проводиться. При чем здесь скандалы? При чем здесь мой брат? Это соревнования уже традиционные, они уже 16 раз у нас проводились. Поэтому никакого отношения [к истории с допинг-скандалом] они не имеют, и будут проводиться, и еще раз проведем.

— Сейчас появляется очень много публикаций, в том числе и Следственного комитета, о вашем брате. Как вы думаете, почему?

— Надо же сформировать общественное мнение, понимаете. Вот так вот формируется общественное мнение негативное обо мне.

Вот так им, видимо, хочется видеть меня постоянно преступницей.

— Все-таки был условный приговор. Значит, преступление не было тяжким...
— У правоохранительных органов было свое мнение.

— Ощущаете ли вы давление после того, как ваш брат уехал за границу, стал информатором WADA?
— Ну, а как на мне сказывается? Я по телевизору смотрю, слушаю, узнаю о себе очень много интересного. И не более того. Журналисты почему-то меня караулят, хотят что-то узнать, приходят домой. Им же просто надо снять меня и показать. В свою канву ввести, что вот уголовное дело, его сестра, и все, и потом они свое там добавляют, всякие там коллажи делают. Я уже посмотрела и, честно говоря, очень рада за нашу журналистику. Хотя я столько лет проучилась сама [на журфаке МГУ]. Нас этому не учили. Человек говорит одно, а показывают совершенно другое, в замедленном действии. То есть красота. Стоит только порадоваться.

— А вы-то сами как относитесь ко всей этой истории с вашим братом? Как думаете, почему он уехал?
— Знаете, я никак не отношусь к этому. Если он что-то делает, значит, он делает... Он со мной не советуется, и я, тем более, не даю ему никаких советов. Вот и все.

Человек так поступил, значит, у него были на это свои какие-то взгляды.

Я не собираюсь ни осуждать, ни судить, ни что-то высказывать по этому поводу. Время покажет. Знаете, вот такая передача есть: «Время покажет». Вот время покажет, что он правильно сделал, что неправильно сделал. И что вообще происходило и что происходит в нашем спорте.

— Как вы считаете, он поступил правильно?
— Я ничего не считаю, и даже ничего не хочу считать. Никаких мнений, не хочу ничего говорить. Я уже говорила, что любое мое высказывание все время оборачивается против меня.

— Мы же не «желтое» издание и перевирать слова не будем...
— Это я уже слышала: «Мы совсем другие, у нас совсем другой взгляд на эту историю». А потом показывают меня по телевизору, что я лично звоню Грише в Америку и говорю ему там же с экрана, что [он] не берет трубку, занято. Как такое, вообще, [можно] придумать?

— То есть дозвониться до Григория на самом деле невозможно?

— А он ничего теперь не [комментирует]…

Никто не отвечает по телефонам Григория Михайловича. Он не поддерживает связь.

Вот вам мой ответ. Мне на самом деле не интересно, у меня совершенно другая жизнь. Я вообще не хочу на эту тему разговаривать.

— Так или иначе, вас будут связывать с братом, и даже СК снова вспоминает ваше имя...
— И будут втягивать дальше!

— ...Но нигде так и не была обозначена ваша позиция.
— А вы знаете, [спортивный комментатор] Лана Чен сказала про это: оставьте Марину в покое, занимайтесь Гришиными делами. Зачем меня связывать с ним? У меня своя семья, у меня своя работа. А тут постоянно идет эта канва. И что, я должна сейчас выступить с телевизора, сказать: уважаемые журналисты, оставьте меня в покое? Они скажут: «Да как же так, Марина Михайловна, как мы можем вас оставить, да вы же самый свежий человек, с которого мы можем сейчас какую-то информацию получить!» Я живу своей жизнью… и [не хочу ее] отождествлять с работой и действиями Григория Михайловича.

— Но вы же одна семья?..
— Какая мы «одна семья», опять-таки, не понимаю. Мы живем [раздельно], совершенно разные семьи у нас. Разные прописки, разные образы жизни, все! При чем здесь это. У него есть жена своя, свои дети. При чем здесь сестра?

Сестра за брата не в ответе. Что он сделал — это его решение.

Если в семье виноват один, почему надо переключаться на других членов этой семьи? Все. Персональная ответственность.

— А у него не было каких-то конфликтов на работе? Что заставило его уехать и перевернуть свою жизнь?
— Этого я тем более не знаю. В последнее время он очень был занят, очень много работал, и разговоров у нас с ним очень мало было. Человек весь в работе.

— И все-таки, по вашему мнению, действительно ли российский спорт настолько пронизан допингом?

— Откройте сайт Rusada.

Сколько человек у нас за последний год было дисквалифицировано, сколько за предыдущий год. И вам станет все ясно.

В легкой атлетике, да по всем видам спорта. Вот и делайте выводы: пронизан он, не пронизан. И что там происходит.

— Неужели без допинга и каких-либо других медицинских препаратов невозможны результаты?
— Ну, а человек обычный может прожить без медицинских препаратов?

— Наверное, может...
— Вот и делайте выводы. А как спортсмен, который огромные нагрузки переносить должен? Как вы думаете? Он должен траву жевать? Или что?

— Понятно. Вы вот всегда как-то так уклончиво отвечаете: «Делайте выводы, делайте выводы...»

— Потому что я знаю, что любое мое высказывание потом обернется против меня.

— Но все-таки хотелось бы понять ваше мнение обо всей истории!
— А зачем? Кому это надо? У нас есть господин [Виталий] Мутко, у нас есть чиновники, у нас есть Следственный комитет, который вам выскажет свою позицию по этому случаю. Вот и все.

— Их позиция ясна. Там Григорий «перебежчик»…
— А моя позиция — у меня нет никакой позиции, понимаете.

«Перебежчик и предатель» — это общая позиция, общепринятая. И эта позиция всем очень нравится.

У меня никакой позиции нет. Я занята своими детьми, внуками и прочее. Вот и все, вот вам моя жизненная позиция. А теперь, после вашего звонка, я даже не знаю, будут соревнования или нет. Потому что может прийти какая-нибудь съемочная группа, которая будет снимать не забег, где участвуют дети и спортсмены-любители, а будут опять копаться во всех этих вещах. Очень некрасиво.