Размер шрифта
Маленький текст
Средний текст
Большой текст

Власть и право

Президент России Борис Ельцин и глава Чечни Аслан Масхадов после подписания в Кремле Договора о мире и принципах взаимоотношений между Российской Федерацией и Чеченской Республикой Ичкерией, 12 мая 1997 года
Президент России Борис Ельцин и глава Чечни Аслан Масхадов после подписания в Кремле Договора о мире и принципах взаимоотношений между Российской Федерацией и Чеченской Республикой Ичкерией, 12 мая 1997 года
Александр Сенцов, Александр Чумичев/ТАСС

Годовщина несбывшейся надежды

20 лет назад был подписан договор о мире между Россией и Чечней

Двадцать лет назад, 12 мая 1997 года, президент России Борис Ельцин и глава Чечни Аслан Масхадов подписали в Кремле Договор о мире и принципах взаимоотношений между РФ и тогда де-факто независимой Чеченской Республикой Ичкерией. Граждане, и в том числе политики и правозащитники, тогда решили, что это событие поможет, наконец, прекратить многолетнее вооруженное противостояние между Россией и Чечней. Однако документ дал всего лишь короткую передышку перед следующей войной.

Первая Чеченская

В 1991 году в Чечне фактически произошел государственный переворот, в результате которого на территории республики были захвачены военные базы советских войск, здание КГБ и стратегические объекты. В результате Чечня стала фактически независимым, но юридически не признанным ни одной страной, включая Россию, государством.

Республика имела государственную символику — флаг, герб и гимн, органы власти — президента, парламент, правительство, светские суды.

Предполагалось создание вооруженных сил, а также введение собственной государственной валюты — нахара. В конституции, принятой 12 марта 1992 года, Чечня называлась «независимым светским государством», ее правительство отказалось подписывать федеративный договор с Российской Федерацией. Все эти события сопровождались геноцидом нечеченского населения, захватом квартир и иной собственности людей, не имевших чеченского происхождения, их ограбление, похищение с целью выкупа, а также убийства. На руках у населения оказалось большое количество оружия из захваченных военных складов.

Россия попыталась силой восстановить контроль над регионом. В декабре 1994 года в республику были введены российские войска. Началась так называемая Первая чеченская война, которая унесла десятки тысяч жизней. Точные людские потери обеих противоборствующих сторон и мирных жителей в ходе конфликта неизвестны до сих пор.

И хотя российские войска взяли под контроль большую часть населенных пунктов Чечни, ситуацию в них они контролировали слабо. В 1996 году чеченские боевики провели успешную операцию, в результате которой отбили обратно три крупнейших города: Грозный, Аргун и Гудермес. После этого было подписано перемирие, позже названное Хасавюртовским (по месту его подписания).

Прекращение огня зафиксировали своими подписями Александр Лебедь, который тогда возглавлял Совет безопасности РФ, и Аслан Масхадов, в то время глава штаба войск Ичкерии. Последний позже был избран президентом Чеченской Республики.

По этому соглашению все боевые действия в Чечне прекращались, армия и подразделения МВД России из республики незамедлительно выводились. Подписание прошло в своеобразной обстановке: прямо за спиной у политиков стоял боевик в кожаной куртке и с ручным пулеметом в руках. После скрепления документа подписями и короткой пресс-конференции Лебедя и Масхадова в зале раздались крики «Аллах акбар!» и аплодисменты. В соглашении отдельно оговаривалось, что вопрос о статусе Чечни отложен до 31 декабря 2001 года. Как выразился тогда Лебедь, его «нужно решать на холодную голову».

Надежда на мир

Договор о мире и принципах взаимоотношений между Россией и независимой Чеченской Республикой Ичкерией стал следующим этапом мирного урегулирования после Первой чеченской войны. Его подписание стало историческим событием: впервые с 1991 года чеченский лидер (тогда им уже был Аслан Масхадов) приехал в Кремль и встретился с российским президентом.

«Ставится точка четырехсотлетней давности, когда в Чечне все время какая-то война. Теперь будем вести все наше сотрудничество мирным путем. Тут один пункт — мирный договор. Вот вся его главная начинка», — заявил глава страны Борис Ельцин сразу после подписания документа.

«Народы России и Чечни устали от этих проблем, от этой войны. Сегодня я думаю, что лидеры Чечни и России сделали самый разумный шаг, который ждут от нас наши народы», — отметил, в свою очередь, чеченский лидер, речь которого звучала не в пример связней, чем речь российского президента.

В самом договоре содержались расплывчатые пункты и определения. В частности, там было сказано, что стороны договорились «навсегда отказаться от применения и угрозы применения силы при решении любых спорных вопросов» и «строить свои отношения в соответствии с общепризнанными принципами и нормами международного права». Статус Чечни в документе также прописан не был. Этот договор воспринимался скорее как основа для дальнейшего строительства отношений между Москвой и Грозным, чем как соглашение, которое снимает большую часть вопросов в отношениях между ними.

«Нам тогда казалось, что подписанное соглашение открывает возможности для того, чтобы решать все спорные проблемы в рамках правовых механизмов и дипломатических переговоров. Мы надеялись, что документ приведет к положительным результатам, как для России, так и для Чечни, вне зависимости от того, будет ли она в составе России или станет независимым государством», — рассказал «Газете.Ru» глава правозащитной организации «Мемориал» Олег Орлов, который лично присутствовал при подписании Хасавюртовского перемирия.

К факту подписания документа многие политики и общественные деятели отнеслись тогда по-разному. Кто-то решил, что это фактическое признание Москвой независимости Чечни, кто-то и вовсе считал, что это предательство российских национальных интересов на Северном Кавказе.

«В целом общество, на мой взгляд, тогда положительно относилось к заключенным соглашениям. Это потом стали говорить, что это чуть ли не предательство, что это проигрыш России и ничего хорошего это не принесет для нашей страны. Но, думаю, именно тогда большая часть российского общества вздохнула с облегчением, так как война была крайне непопулярна», — отметил Орлов.

Впрочем, надежды на мирный исход, которые связывали с этим соглашением, так и не оправдались. После вывода российских войск и избрания Масхадова президентом тот, как пишет историк-кавказовед Джабраил Гакаев, оказался «не в состоянии консолидировать чеченское общество, поддержав вооруженное меньшинство».

«Над Чечней реально нависла экологическая и эпидемиологическая катастрофа. Города и разрушенные села практически не восстанавливались, люди жили в разбитых кварталах, где уже давно не было ни канализации, ни воды, а часто и электричества.

Медицинское обслуживание, по существу, отсутствовало. Люди умирали от массовых болезней и голода, особенно высока смертность среди детей, практически все население нуждалось в психотерапии. Школы, вузы практически не работали, кроме нескольких частных колледжей. Усилился процесс арабизации образования.

В Чечне явно обозначились признаки распада хозяйственных, культурных связей внутри социума. Из Чечни продолжался исход населения», — пишет он.

Это обстоятельство усугубилось вооруженным конфликтом между вчерашними союзниками — бывшими полевыми командирами, воевавшими против российских силовиков: Салманом Радуевым, Шамилем Басаевым и Хункаром Исрапиловым.

Урус-Мартановский район Чечни стал регионом, который жил по отдельным от остальной Чечни законам и понятиям. Там иорданец Хаттаб открыл базу подготовки боевиков и диверсантов. Пытаясь поправить свое положение, 3 февраля 1999 года Масхадов объявил о введении шариатского правления в Чечне и отказа от светских принципов устройства республики, хотя люди, близко знавшие его, вспоминали, что сам лично он никогда не был особенно религиозным и не отказывал себе в спиртных напитках.

7 августа 1999 года с территории Чечни в Дагестан вторглась группировка Басаева и Хаттаба. После боевых действий, которые длились почти месяц, российским военным удалось их выбить и прогнать обратно в Чечню. Вслед за этим последовал ряд терактов: взрыв жилых домов в Москве, Волгодонске, Буйнакске. Сразу после этой акции началась Вторая чеченская война. Как только подразделения российских войск вошли в Чечню, Масхадов, гарантировавший выполнение договора о мире, объявил о начале массового вооруженного сопротивления российским силовикам.

«Обе стороны не были готовы честно и последовательно выполнять то, что они подписали. С российской стороны откровенно готовился военный реванш. Это не зависело от Ельцина лично. Очевидно, что его готовили силовики из его окружения.

С чеченской стороны наблюдалась крайняя непоследовательность. Масхадов хотел бы дружественного взаимодействия с РФ. Я и другие мои коллеги неоднократно после подписания соглашений бывали в Чечне, видели, что там происходило, говорили с Масхадовым. Но было видно, что он не в состоянии контролировать своих полевых командиров, которые ничего не хотели слушать, а хотели только урвать побольше денег и власти», — пояснил «Газете.Ru» глава «Мемориала» Орлов.

Вскоре после начала Второй чеченской войны ушли из жизни так называемые архитекторы Хасавюртовского перемирия.

В апреле 2002 года в катастрофе вертолета погиб Александр Лебедь. А спустя два года спецназ ФСБ ликвидировал в селе Толстой-Юрт Аслана Масхадова, который на тот момент уже не имел влияния на подавляющее число антироссийских сил в Чечне. В целом в республике после этого еще до 2009 года сохранялся режим контртеррористической операции, который отменили лишь по личной просьбе нового лидера республики Рамзана Кадырова.